Борис Пастернак - ноты для вокала - романсы на стихи

Романсы



Сборники с нотами романсов на стихи поэта Бориса Пастернака для голоса, вокала в pdf

 

 

Ноты к романсам Пастернака

Из поэзии Бориса Пастернака
романсы советских композиторов
для голоса с фортепиано
составление и редакция Дмитрия Смирнова
“Советский композитор”, 1990г.
номер с8838к
(pdf, 4 Мб)

содержание:

 

ОТ РЕДАКЦИИ
В 1990 году мы отмечаем двойной юбилей Бориса Леонидовича Пастернака: 10 февраля (или 29 января по старому стилю) - столетие со дня рождения и 30 мая - тридцатилетие со дня смерти. Поэзия Пастернака, его проза, прекрасные переводы произведений Шекспира и Гёте, Верлена и Рильке, Петефи и Тагора, английских, немецких, французских, итальянских, грузинских поэтов - все это давно уже стало классикой. И тем не менее, музыкальная „пастернакиана" пока еще невелика. Здесь можно назвать оратории „1905 год" М. Черемухина и „Лейтенант Шмидт" В. Лобанова, кантату „Снег идет" Г. Свиридова и „Патетическую поэму" А. Петрова, „Вакханалию" С. Губайдулиной и музыку к спектаклю „Тетрадь Юрия Живаго" Э. Денисова, романсы Г. Свиридова, Н. Пейко, В. Власова, М. Раухвергера, М. Черемухина, С. Аксюка, А. Бузовкина, В. Успенского, Г. Савельева, Д. Чупатова, А. Луначарского, А. Томчина, Р. Саркисяна, О. Кивы на стихи Пастернака, а также на его переводы, среди которых особое место занимают два романса Д. Шостаковича на стихи У. Рэли и У. Шекспира, соч. 62 № 1 и 5.
В романсах и циклах нашего сборника отражен весь полувековой творческий путь Пастернака. Здесь представлены новые вокальные сочинения московских авторов, принадлежащих к одному поколению, композиторов очень разных по стилю, языку, творческим принципам и устремлениям, но всех их объединяет любовь к творениям Пастернака. Предоставляем им слово:


Елена Фирсова (р. 1950): Борис Пастернак был первым, кто заставил меня полюбить поэзию XX века и вызвал желание писать вокальную музыку. Еще в 16 лет я написала три романса на его стихи и с тех пор время от времени к нему возвращаюсь. Так в 1974 я написала романс „Осень", включенный в цикл „Осенние песни", а в 1978 „Ночь" - сочинение для сопрано и квартета саксофонов. И вот теперь „Сон". По-моему, осенние образы у Пастернака особенно хороши.


Владислав Шуть (р. 1941): Идеальным мне представляется такое соотношение текста и музыки, когда текст не только является смысловым и эмоциональным источником вокального сочинения, но и хорошо „прочитывается" при исполнении музыки. Последнее зависит от ряда причин и прежде всего от самого текста. С этой точки зрения сама по себе удивительно музыкальная поэзия Пастернака представляет большую трудность для композитора. Прекрасному стихотворению позднего Пастернака „Когда разгуляется" я предпочел его первоначальную версию „Проблеск света", не предназначенную автором для печати, так как этот лаконичный и эмоционально насыщенный вариант показался мне более удовлетворяющим указанному условию.


Александр Вустин (р. 1943): Пастернак был одним из немногих, кто в уникальных исторических обстоятельствах сохранил душу и тело отчасти благодаря счастливым свойствам своей человеческой природы и характера, но прежде всего потому, что твердо и вполне осознанно оставался верен основополагающим ценностям жизни, и таким образом оказался вне схватки действующих сил истории. В моей Кантате на стихи военных лет, кроме Пастернака, стихи Суркова и Элюара, и все на тему мщенья. Но особенность Пастернака в том, что он говорит не о человеческом мщенье, а о Высшем суде. Такой, самый высокий, угол зрения выделяет его среди многих его современников. И есть в нем детскость, какая-то первозданная интонация, почти как голос пушкинского Юродивого.


Виктор Екимовский (р. 1947): Стихи Бориса Пастернака, как никакие другие, удивительно образны. Чуть-чуть фантазии - и эти образы можно увидеть на холсте, либо услышать в звуках.

Дмитрий Смирнов (р. 1948): Восхищение переводами Б. Пастернака долго заслоняло для меня его собственную поэзию. Характерное вторжение прозаизмов в область высокой лирики делало почти невозможной музыкальную интерпретацию его стихов. Однако, обратившись к его ранним поэтическим книгам, я был поражен классически стройным и глубоким, изысканно-тонким и таинственным миром растущих, рвущихся, бормочущих и грохочущих образов, где „жуками сыплет сонный сад" и „шепчет яблони прибой", где „тучи, как волосы", встают дыбом, и речь волн напоминает „кисти слепых повитух", где „со страшной простотой легенде ведомый Эдем" вздымается над землей, словно мифический гигант, и говорит с нами, своими далекими потомками. Выражая музыкой свое понимание этой поэзии, мне казалось, что я, „как в неслыханную веру", перехожу в ее мир вслед за ее автором и буду рад, если это ощущение мне удастся передать своему слушателю.

Леонид Бобылев (р. 1949): Трудно найти в истории мировой литературы „чистых" поэтов или прозаиков, но еще сложнее указать тех, кто сознательно пытался соединить обе стороны своего дарования в одном произведении. Роман Пастернака „Доктор Живаго" - одно из редких исключений. Мелодика прозы Пастернака буквально взывает к музыкальному воплощению. Перечитывая роман, я остановился на сцене прощания Лары с Юрием. Юрия уже нет, но колокол этой любви, такой неземной любви и такой земной, звучит в каждом слоге. Именно это я и пытался передать в монологе.

Юрий Багрий (р. 1948): Для меня существует два рода стихов. Одни мгновенно рождают музыкальные образы, и я получаю несказанное наслаждение от их чтения. А другие - нет, и их читать затруднительно. Стихи Бориса Пастернака как раз второго рода. Я их воспринимаю скорее через интеллект. Поэтические образы поражают, западают в душу исподволь и лишь спустя время оживают в причудливых живых и динамичных картинах, которые, однако, не смог бы выразить в звуках: этот огромный и богатый мир мне не близок. И все же известное стихотворение „Годами когда-нибудь в зале концертной.", замечательно „сыгранное на рояле" Борисом Леонидовичем и навеянное интермеццо Брамса, привлекло и сразу откликнулось музыкой. Мотив разлуки с друзьями, трагичное восприятие героем стихотворения интермеццо, возможно связанное с „самоотлучением от музыки" самого поэта - все это было воспринято мной как личное, болящее, сокровенное.


Владимир Рябов
(р. 1950): Открывая миру свое творчество циклом „Начальная пора", Борис Пастернак восклицает: „.и чем случайней, тем вернее слагаются стихи навзрыд". Это - о вдохновении. Завершая свой путь циклом „Когда разгуляется", поэт говорит: „Во всем мне хочется дойти до самой сути." Это - о мастерстве. У Пастернака эти понятия синтезированы в той пропорции, наличие которой определяет в искусстве гения. В столь же гениальном соотношении предстают в его творчестве традиции (как русской, так и европейской культуры) и подлинное новаторство. Стихи Пастернака насквозь пронизаны его собственной музыкой, что создает огромную трудность для композитора, ибо невозможно игнорировать его ассоциативный ряд, связанный с музыкой Шопена и Брамса, а просто иллюстрировать - задача нелепая и, вероятно, бессмысленная. Поэтому, мне думается, для воплощения художественной идеи, связанной с творчеством Бориса Пастернака, требуются как минимум два условия: во-первых, поэзия Пастернака должна быть любимой, если угодно - чувственно; во-вторых, композитор должен обладать не только собственным стилем, но и своим музыкальным языком, предполагающим естественные внутренние связи с музыкальной семантикой Пастернака.


Скачать ноты Скачать ноты романсов