Е. Бронфин - Джоаккино Россини

Д. Россини ноты



Книги о музыке, литература, ноты
Биография, творчество композитора Россини

 

Глава II
ДЕТСКИЕ ГОДЫ

 

 

Первые пять-шесть лет жизни Джоаккино Россини прошли в спокойной обстановке любящей семьи. Мальчик слышал пение матери, всегда полное чувства, выразительности; слушал игру отца на трубе и валторне. Музыка вошла в сознание ребенка вместе с первыми осмысленно произнесенными им словами. Впрочем, музыку Джоаккино слышал не только дома. В Пезаро она звучала повсюду. Город издавна славился музыкальностью и дал Италии немало композиторов и певцов.
Когда Джузеппе и Анна Россини направились в свое первое артистическое странствие, Джоаккино с бабушкой и теткой остался в Пезаро. Это был резвый и шаловливый ребенок, все треволнения того времени — смена властей, наступление и отступление иноземных войск — его не задевали.
Внезапно в семью пришло горе. Отец-якобинец в тюрьме, мать постоянно в слезах. Ощущение беды, несправедливости, тревоги, волнения безотчетно воспринимались мальчуганом, оставляя неизгладимый след в детской душе. Но когда в семье снова все пошло своим чередом, наступило время подумать об учении Джоаккино. Одному францисканскому монаху в Пезаро поручили обучать мальчика чтению, письму и основам музыки.

Театр в Венеции
Театр Ла Фениче в Венеции (начало XIX в.)

Занятия оказались малопродуктивными: необычайно живой и экспансивный по натуре сын Виваццы предпочитал им прогулки и проказы в компании сверстников.
В надежде образумить сына родители определили его подмастерьем к кузнецу. Но это ни к чему не привело. Тогда решили отправить его в Болонью, город старинной музыкальной культуры, и отдать на попечение трех наставников. Один обучал его чтению и письму, другой — арифметике, третий — латинскому языку, без знания которого не мыслился в ту пору образованный человек. Одновременно мальчик брал уроки игры на спинете у некоего Джузеппе Принетти.
Однако родители не имели возможности постоянно следить за поведением и занятиями сына: большую часть года они переезжали из одного городка в другой, оставляя его в пансионе. Серьезного присмотра не было, и Джоаккино продолжал бездельничать. Беспорядочность учения в детские годы сказывалась на протяжении всей жизни Россини: его письма, всегда содержательные и остроумные, грешили грамматическими ошибками.

Театр Ла Скала
Театр Ла Скала (начало XIX в.)

Плачевны были и музыкальные успехи, впрочем, отчасти и по вине учителя. Джузеппе Принетти, неплохой музыкант, влачил нищенский образ жизни. Впоследствии Россини, вспоминая о своем учителе, рассказывал: «За всю его жизнь у него никогда не было собственной постели. Когда наступала ночь, он закутывался в плащ, прислонялся где-нибудь в углу под навесом и так спал. Рано поутру он приходил ко мне, и, застав меня, разумеется, еще в постели, заставлял наскоро одеться и засаживал за спинет. Однако, не выспавшись ночью, он с первой же ноты засыпал, сидя на стуле, я же немедленно нырял под одеяло. Когда же, пробудившись от дремоты, он вновь начинал меня звать, я отвечал, что уже выполнил все упражнения, и притом без единой ошибки».

В 1802 году Джузеппе Россини переселился с семьей в городок Луго, откуда он был родом Луго находился в Папской области, неподалеку от Болоньи, и ничем особенно не был примечателен. Вивацце удалось найти для сына образованного музыкального руководителя — местного священника Джезеппе Малерби, который сумел приохотить мальчика к занятиям. Впрочем, это удалось далеко не сразу. Чтобы вразумить и дисциплинировать своенравного Джоаккино, не приученного к школьному режиму, отец решил еще раз испробовать воспитание физическим трудом: как и в Болонье, Джоаккино в течение некоторого времени старательно раздувал мехи в кузнице.
Уговоры ли матери, которую мальчик обожал, влияние ли нового учителя, только в занятиях маленького Россини наступил наконец долгожданный перелом: появилось сознательное влечение к музыке. Так как в доме Виваццы не было чембало (на приобретение его не хватало средств), то Джоаккино каждый день ходил к учителю, чтобы упражняться на инструменте. У Малерби часто музицировали, и мальчик смог впервые услышать произведения Гайдна и Моцарта, в ту пору еще малоизвестные в Италии.
Джоаккино обладал красивым, звонким сопрано, которое он унаследовал от матери. Малерби обратил на это внимание и зачислил своего ученика в руководимую им Певческую школу, славившуюся в округе.
Однако по-настоящему серьезными и систематическими занятия Джоаккино стали только около 1804 года, когда Анна Россини из-за болезни горла временно оставила сцену и семья обосновалась в Болонье, одном из главных музыкальных центров Италии. В городе было три оперных театра, музыкальный лицей, инструментальная капелла и три музыкальных академии, представлявшие собой нечто среднее между концертными организациями и научно-музыкальными обществами. Наибольшей славой пользовалась Филармоническая академия, основанная в 1675 году. За пределами Италии ее попросту называли Болонской академией. В конце XVIII века в число ее почетных членов были избраны Моцарт и русские композиторы М. Березовский и Е. Фомин.
Среди жителей города было множество отличных музыкантов. Ведущее положение занимал падре Маттеи — ученый музыкант и композитор. Он сочинял церковную музыку и преподавал в музыкальном лицее. Одному из его учеников, падре Анджело Тезеи, и поручили дальнейшее обучение Джоаккино пению, игре на чембало и основам теории музыки. Успехи мальчика оказались поразительными. Словно родник, долго таившийся в толще земли, пробился на поверхность и зазвенел, заискрился на солнце его талант, вызывая радость и восхищение.

Композитор Россини
Россини (ок. 1813г.)


Джоаккино быстро овладел игрой на альте, скрипке, отлично играл на чембало, пел и аккомпанировал себе с листа, свободно читал оркестровые партитуры. Уже через несколько месяцев занятий он начал выступать в качестве певчего в церквах и соборах Болоньи. Успех был огромным. Не только театры Болоньи, но и других близлежащих городов стали приглашать необыкновенного юного музыканта то для дирижирования хором, то для сопровождения на чембало оперных речитативов. Скромные заработки маленького Россини вскоре стали заметной поддержкой для семьи. В 1804 году оперные театры ангажировали Джоаккино вместе с его родителями. Выступления мальчика-артиста вызывали восторг у слушателей. Ему прочили славу одного из лучших певцов Италии. Джузеппе Россини, воодушевленный необычайными достижениями сына, пригласил для занятий с ним знаменитого итальянского тенора Маттео Бабини, который очень скоро усовершенствовал певческое искусство Джоаккино.

И вот случилось необычайное. Четырнадцатилетний Россини был увенчан лаврами Болонской филармонической академии и летом 1806 года единогласно избран в число ее членов. Незадолго до этого знаменательного события, в апреле того же года, Джоаккино поступил в Болонский музыкальный лицей.
Кончилось детство. Начиналась пора пытливой и многообещающей юности.