И. Мартынов - Тихон Николаевич Хренников

Т.Хренников (ноты)



Книги, литература, ноты к произведениям

 

Черты облика композитора

 

 

В нашей стране сложился новый тип взаимоотношений между художником и обществом, возникли новые формы взаимосвязей между искусством и жизнью. Давно прошла пора затворничества мастера в башне из слоновой кости, да, в сущности, такая перспектива никогда не привлекала истинных художников. Об этом в свое время так точно и страстно говорил Мусоргский: «Художник не может убежать из внешнего мира, и даже в оттенках субъективного творчества отражаются впечатления внешнего мира» (13, 209). Эти слова остаются справедливыми и для нашего времени, нашей страны, где люди искусства давно стали непосредственными участниками строительства новой жизни. Творческая и общественная деятельность сливаются для них в неразделимом единстве, отличающем нашу художественную интеллигенцию, самобытным и вместе с тем типичным представителем которой является и Тихон Николаевич Хренников.
Многообразны его отклики на запросы и требования жизни. Уже говорилось о том, что он не раз избирался депутатом Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР, активно участвовал в сессиях, в работе парламентской группы, в постоянных встречах с избирателями на местах и в Москве.

На XXII съезде КПСС Хренников был избран членом Центральной ревизионной комиссии. С той поры он являлся делегатом всех партийных съездов, а на XXV съезде КПСС стал кандидатом в члены ЦК КПСС.
Некоторое представление о масштабах его общественной работы дают статьи в прессе. В частности, в них отмечается, что с момента избрания Тихона Николаевича депутатом, им «направлено в различные инстанции около одиннадцати тысяч запросов, просьб, ходатайств, напоминаний». Конечно, это потребовало огромной затраты сил и времени. Но композитор не жалеет об этом, он очень ценит депутатскую работу, говорит, что это «одна из лучших школ жизни», которая «дает возможность ощутить безграничное счастье быть полезным своему народу» (3). И, добавим мы, углубить знание жизни, столь необходимое художнику нашего времени, стоящему лицом к лицу со сложнейшими проблемами.
В 1958 году Хренников вошел в Советский комитет защиты мира. Его голос звучал на многих конгрессах сторонников мира на родине и за рубежом. «Где бы я ни был, — вспоминает Хренников, — с художниками какой бы национальности и творческого направления ни говорил — везде и повсюду всплывал вопрос о мире и войне, вопрос о том, что сегодня должен делать композитор — человек искусства» (39). Естественно, что он всегда придавал и придает важнейшее значение укреплению и развитию творческих и дружеских связей советских композиторов и музыковедов с их зарубежными коллегами.
С 1948 года Хренников бессменно является президентом Музыкальной секции, а затем — Ассоциации деятелей советской музыки Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами. Невозможно перечислить события, проходившие с его участием здесь и в Союзе композиторов СССР. Это приемы делегаций, встречи, авторские концерты, другие крупные мероприятия, такие, как уже упоминавшиеся советско-итальянские двусторонние встречи, Международные музыкальные фестивали, прошедшие весной 1981 и 1984 годов в Москве под лозунгом «Музыка за гуманизм, за мир и дружбу между народами». Во все это Хренников внес большой творческий и организационный вклад. Важные и ответственные функции исполняет Тихон Николаевич Хренников в Комитете по Государственным и Ленинским премиям, являясь заместителем председателя и руководителем музыкальной секции. Он возглавляет также организационный Комитет международных конкурсов имени Чайковского.
Вот уже более тридцати лет Хренников руководит Союзом композиторов СССР, завоевав уважение товарищей и высокий общественный авторитет. Об этом говорит избрание его на пяти съездах на пост Первого секретаря Союза композиторов СССР. С этим связаны поездки по стране для участия в фестивалях и смотрах советской музыки, композиторских пленумах, Днях культуры национальных республик и т. д. Круг его маршрутов расширялся одновременно с ростом активности Союза композиторов, оказывавшего все большее влияние на развитие всей советской музыкальной культуры. Здесь необходимо упомянуть также о деятельности
Хренникова в качестве декана народного университета Московского автозавода имени Лихачева, ректора музыкального университета при Московской государственной консерватории.
На первый взгляд, непрерывно возрастающий размах многогранной деятельности Хренникова требовал много сил, оставляя все меньше времени для композиторского творчества. Однако на самом деле этого не произошло; более того, все помогало выявлению существенных качеств его дарования. Об этом говорят произведения, написанные им в 60—80-е годы. Тихона Николаевича попросту невозможно представить себе вне этой кипучей общественной деятельности, ею заполнены дни. Она стала необходимым условием его существования, в котором множество дел и обязанностей складываются в каком-то одному ему известном порядке.

Хренников стремится передать свой опыт молодежи, выступая также в качестве профессора Московской государственной консерватории. В его классе занимаются одаренные ученики, некоторые из них уже завоевали композиторскую известность. Педагогическая работа увлекает Хренникова, ибо в самой его натуре заложено доброжелательное отношение к молодежи. С каждым годом он уделяет все больше внимания своему классу, где ему помогают воспитанные им ассистенты А. Чайковский и Т. Чудова. Множится число его учеников, они ценят в нем авторитетного и отзывчивого наставника. Лучше всего об этом может сказать композитор, прошедший его школу: «Трудно коротко рассказать об уроках с Тихоном Николаевичем. Встречи, занятия с ним очень много дают каждому из нас как композитору и как человеку. Тихон Николаевич с самого начала приучает с большой требовательностью относиться к каждому такту сочиняемой нами музыки, пусть даже заведомо ученической. Заставляя нас по нескольку раз переделывать неудачное место, учит профессионализму, мастерству и в то же время терпению и трудолюбию. Удивительно, как точно определяет Тихон Николаевич часто неясно выраженную манеру письма каждого своего ученика в отдельности. И очень часто тонко, с большим тактом, не ограничивая индивидуальности молодого композитора, Тихон Николаевич занимается с ним композиторской техникой, приучая с каждым разом к все более и более высоким критериям» (23, 179). Эти теплые и прочувствованные строки А. Чайковского воссоздают образ большого мастера, стремящегося помочь развитию молодого дарования, воспитанию его в духе высоких принципов советского искусства, о которых Хренников неоднократно говорил с трибун съездов и конгрессов, на страницах прессы.

Если собрать вместе статьи, интервью и заметки, опубликованные композитором за прошедшие годы, то он предстанет перед нами еще в одном аспекте — в роли критика и публициста. Его выступления дают ценный материал для понимания эстетической концепции композитора, размышляющего и о своей работе, и о судьбах родного музыкального искусства. Прежде всего речь идет об утверждении неразрывной связи искусства и современности, вне которой композитор не мыслит общественной значимости творчества: «Пытливый художник всегда творит в ногу со временем. Чутко прислушиваясь к музыкальной атмосфере, он обязательно привносит новые черты в музыку, обогащает ее интонационный склад, мелодию, гармонию, ритм, способствует развитию жанров» (41).
Призыв к обновлению выразительных средств и технического арсенала неизменно сочетается с идеей ответственности художника за высокие идеалы искусства и перед народом. Хренников пишет в одной из своих статей: «Тот, кто претендует на звание художника в нашей стране, кто готовит себя к этой высокой и ответственной задаче, должен с самого начала понять, что имеет право на любые творческие опыты, но и общество, в свою очередь, может принять или не принять эти опыты». Отсюда вполне логично композитор приходит к выводу: «Общественно значимым произведение становится тогда, когда ему есть что нести людям, когда воплощенные в произведении чувства и мысли — плоть от плоти передовых идей и чувств нашего коммунистического времени, когда они учат жизни» (30). Создание таких произведений требует мобилизации всех творческих сил и высокого профессионального мастерства, смелого новаторства. Хренников постоянно возвращается к этой проблеме, утверждая приоритет идейного содержания, определяющего в конечном счете выбор выразительных приемов и средств. Ведь главное, говорит он, «заключается не только в свежести оркестровых и полифонических приемов, но и в новизне восприятия мира, в способности услышать, почувствовать и запечатлеть то прогрессивное, что рождалось в революционной истории нашей страны, рождается на наших глазах в повседневной жизни и борьбе народных масс, в коммунистическом строительстве» (32). Действительно, при всей интенсивности и разнообразии исканий, при всем богатстве национальных школ и индивидуальностей главным остается вопрос: «Какие цели руководят пером художника, для кого и для чего он создает свои произведения, какие идеи в них утверждает? Ответ предельно ясен и краток: мы, советские художники, творим для народа» (29). Композитор добавляет, что только «осваивая опыт великих музыкантов прошлого, развивая реалистические традиции, можно создать произведения, достойные по своему содержанию и художественному уровню нашей великой эпохи» (36). Этим основополагающим принципам Хренников следует в своем творчестве.

В годы юности он воспринимал заветы отечественной классики преимущественно в аспекте московской композиторской школы, занимаясь в классе Шебалина, общаясь с Мясковским и другими ее мастерами. Молодой студент многому научился у них, и прежде всего у своего профессора, с которым нашел взаимопонимание, при всем различии их творческих профилей. Он был воспитан в духе уважения к строгим требованиям профессионализма, в духе понимания конкретных задач искусства, чуткого восприятия жизни, говоря шире — в традициях русской советской музыки.
Национальная сущность его музыки раскрывается в выборе тем и сюжетов, в их трактовке и, конечно, в мелодическом языке, очень ярком и органичном в своих истоках и в творческом освоении окружающей звуковой реальности. Ведь композитор учился родной музыкальной речи не по фольклорным сборникам, а в непосредственном восприятии, вслушиваясь в звучащие вокруг мелодии городских и крестьянских песен. Они западали в душу молодого музыканта, запечатлевались в его памяти, обрастали самостоятельно найденными вариантами, словом — питали и пробуждали фантазию, становились частью звукового мира будущего автора симфоний и опер. Впоследствии в сознание вошло много новых впечатлений. Однако, обогащая музыкальную палитру автора, они не могли поколебать прочно сложившиеся устои. С особой силой утверждается русская характерность дарования Хренникова, прочно связанного с народными традициями, по-новому претворенными в условиях профессионального искусства. На этой основе свободно раскрывается редкостное по богатству и своеобразию мелодическое дарование подлинно современного композитора, каким является Хренников.
В его мелодике равно впечатляют и свободная распевность, и декламационность. Он умеет создавать мелодии четкой поступи и патетической страстности, обладает точным чувством жанровой определенности. В этом отношении интересно сопоставить его симфонический и оперный тематизм: при единстве стилистической направленности они различны по интонационному складу, что связано со спецификой жанра. В этом проявляется зрелость мысли и мастерства композитора, уверенно решающего большие творческие проблемы. Это сказалось уже в музыке Первой симфонии, которой свойственны живость и эмоциональность, ритмическая импульсивность — качества, сохранившиеся и в зрелом творчестве, где прорастали зерна новой мелодической образности. Яркий пример — тематизм виолончельного концерта, особенно первой части с ее обобщенно-интеллектуальным складом мелодики. Столь же ново звучит и начало Третьего фортепианного концерта, где в развертывании двенадцатизвучного построения постепенно вырисовывается облик мелодии, отмеченной свойственной композитору эмоциональностью.
Мелодика Хренникова должна стать предметом специального исследования, равно как и связанные с нею особенности его гармонического письма. Он принадлежит к числу композиторов, руководствующихся прежде всего интонационным слухом, точно ориентированным в ладовой сфере. И здесь Хренников находит много свежего и оригинального, не выходя за пределы тонального мышления, более того — утверждая его современность и жизнеспособность. Впечатляющая сила его гармонического письма связана с логикой общего построения, в которой находят обоснование все, на первый взгляд, неожиданные сочетания и последования. Композитор придает фактору целесообразности очень большое значение, умеет использовать многообразные средства и приемы в своих точно осознанных художественных целях. На первый план могут выступить те или иные выразительные средства, но все они используются для полного раскрытия содержания музыкального образа.

Для музыки Хренникова характерна задушевность и взволнованность, широта эмоционального диапазона: в ней есть драматизм и жизнеутверждение, юмор и лирика, и в этом разнообразии с полной силой раскрываются коренные качества его дарования. Оно многопланово; композитор не замыкается в пределах одной жанровой сферы, работает в музыкальном театре, в симфонической и концертной музыке, в песне, выступая повсюду в полную меру художественной убедительности и мастерства.
С этим связана и конкретность образов его музыки, ее свежесть и подлинная современность. Духом активного жизнеутверждения порождено это искусство, мужественное и динамичное даже на чисто лирических страницах. В ранний период это качество развивалось, возможно, не без влияния Прокофьева, которым увлекалась консерваторская молодежь, но оно несомненно было заложено и в самой натуре композитора. В динамичности общего тонуса его музыки отчетливо выражены приметы времени.
Яркая эмоциональность музыкальной речи введена композитором в рамки ясной и отчетливой формы, соразмерной в своих частях и пропорциях. Ясность изложения сочетается со стремлением к лаконизму, к отказу от всего, что не является строго необходимым для выражения главной мысли. Композитор всегда придает большое значение отточенности голосоведения, ритмическим поворотам, неожиданно преображающим мелодию, интересным подголоскам, он мастерски владеет техникой точного штриха. Сжатость изложения, концентрация мысли становятся одной из важных норм его зрелого стиля.
Творчество Хренникова отмечено постоянной заботой о чисто технической стороне — продуманностью всех деталей письма, в частности оркестрового. Небрежности в этом он не терпел никогда, стремясь к отточенности и законченности партитурного изложения, предъявляя здесь строгие требования к своим ученикам. Партитуры свидетельствуют и о постоянном внимании к полифонии, по большей части выступающей в эпизодах, но иногда и в широко развитых построениях — таких, как фуга из Второго фортепианного концерта или первая часть Третьей симфонии. Его полифоническое письмо глубоко индивидуально, связано с общей творческой концепцией и потому неизменно убедительно.
Хренников повсюду выступает во всеоружии опыта, накопленного в собственной композиторской работе и в изучении современного музыкального творчества. Ещё в консерваторские годы молодой композитор близко познакомился со многими явлениями родного и зарубежного искусства, не подчиняясь, однако, воздействиям моды. Конечно, Стравинский, Хиндемит импонировали ему, что показывает, в частности, партитура Первого фортепианного концерта. Но влияния оказались преходящими, интерес композитора был всегда устремлен к родной музыкальной культуре, с каждым годом обогащавшейся новыми достижениями.
Не так просто было сказать свое слово в окружении богато одаренной композиторской молодежи. Хренников сумел сделать это, сумел сохранить самостоятельность и выработать свой стиль, отчетливо выступающий уже в его ранних произведениях. Конечно, со временем его музыкальный язык усложнялся, расширялся и круг технических приемов, средств выразительности, но композитор сохранял свой стиль и оставался самим собою среди многообразных явлений современного искусства.
Слушая произведения Хренникова, чувствуешь, что они написаны рукой композитора, выступающего на концертной эстраде, постоянно общающегося с певцами и инструменталистами, отлично понимающего их запросы и сущность исполнительской специфики. Точность отбора технических средств, правильно найденный аспект их применения, практическое знание фактуры фортепиано, скрипки, виолончели, так же как и певческих голосов,— все это важные качества музыки композитора, уверенно владеющего мастерством блестящего, виртуозного письма.
На своем пути композитор встречался с очень разными художественными задачами, решая их в духе собственной индивидуальности, в непрестанных творческих исканиях. Так складывались присущие ему особенности музыкального мышления, объединенные на всех этапах нитью преемственности. Для него характерно спиральное расширение области творческих исканий, возвращение к прошлому на новой основе, как это показывает, например, сравнительное рассмотрение партитур трех симфоний.
Невозможно представить себе рост композитора без активного отношения к новому. Без этого трудно двигаться вперед, но не менее трудно и сохранить свое лицо в окружении постоянно сменяющих друг друга течений нового искусства. Хренников сумел не только сохранить, но и еще полнее раскрыть свою творческую характерность, нашел в ней новые выразительные возможности, проявил подлинное понимание принципа новаторства.

Достаточно напомнить о партитурах Третьей симфонии, Второго и Третьего фортепианных концертов: в них привлекает внимание расширение композиторской концепции, оригинальность художественных решений. Таковы фуга, необычная в качестве первой части симфонического цикла, своеобразная арочная конструкция концерта и многое другое, раскрывающееся при анализе этих и других произведений 60—80-х годов.
Рост Хренникова, как и всего композиторского поколения 30-х годов, был неразрывно связан с революционным обновлением жизни, обусловившим формирование личного и общественного сознания. Отсюда постоянное обращение к актуальной тематике, к жизненной реальности. Ее воздействие могло быть и осознанным, и интуитивным, но в обоих случаях оно было одинаково важным для развития всего композиторского поколения. Хренников сразу нашел свой аспект творческого отображения современности: его первая опера вписала принципиально новую страницу в летопись советского музыкального театра. Показательны и его песни; они написаны в годы высокого подъема этого жанра, когда в нем выступало много крупных мастеров. Молодой композитор устоял перед влияниями, и уже в его ранних опытах — в музыке к шекспировской комедии, а затем в «Песнях о Москве» — прозвучали по-настоящему свежие, свойственные ему лирические интонации. Так же рано определился его почерк в симфонических и концертных произведениях. Словом, композитор всегда мыслил по-своему, откликаясь на запросы жизни, неизменно выступая представителем нового искусства, страстным и убежденным продолжателем его прогрессивных традиций.
Это обязывало ко многому, ибо требования возрастали с каждым годом, а вместе с тем расширялась сфера творческих исканий. Хренников неизменно сохранял ощущение чувства ответственности за композиторский труд, который приобрел в нашей стране столь важное общественное значение, обязывавшее к полной отдаче сил при решении любой художественной задачи. Это и дало Хренникову возможность внести столь значительный и своеобразный вклад в советское музыкальное искусство, выдающимся представителем которого он является по праву таланта и мастерства.
Хренников принадлежит к поколению композиторов, которому предстояло продолжить дело старших мастеров — классиков советской музыки. Перед новым поколением раскрывались широкие дали, и каждый стремился найти в них свой собственный путь, по-своему отобразить явления стремительно развивающейся жизни. Пытливый художник, Хренников всегда прислушивался к новому в искусстве, интересовался им. Но при этом он всегда мыслил самостоятельно, творчески перерабатывал новые идеи, исходя из собственной художественной концепции. Это и дало ему возможность найти тот индивидуальный аспект новаторства, которым привлекают его произведения. Мы не раз отмечали черты нового в его языке, в самой манере высказывания. Окидывая все это общим взглядом, ясно видишь истинное своеобразие музыки Хренникова в творческой панораме XX века.
Ее новаторская сущность проявляется в самых различных формах, ибо Хренников активно работал в разнообразных жанрах, поочередно привлекавших его внимание. Напомним, что, выступив впервые в концертном и симфоническом жанрах, а затем в оперном, он писал также песни, музыку к спектаклям и кинофильмам. В конце 50-х годов композитор возвратился к инструментальной музыке, во многом обогатив свою палитру. В то же время он не забывал и о музыкальном театре, где обратился к новым для себя жанрам — оперетте, балету, находя и здесь оригинальные решения. На всем протяжении своего композиторского пути Хренников выступал мастером русской советской музыки: национальная сущность всегда оставалась неотъемлемым качеством его творчества.

Оно ярко и многогранно; его произведения, написанные в разные годы, начиная с первых лет творческой работы, завоевали всеобщее признание, нисколько не утратив с течением времени художественной ценности. Достаточно напомнить о репертуарности его довоенных произведений — таких, как опера «В бурю», не сходящая со сцены вот уже более сорока лет и в этом смысле установившая своеобразный рекорд, или Первая симфония, овеянная обаянием молодого таланта, наконец, неувядающая в своей мелодической прелести музыка к комедии Шекспира «Много шума из ничего», возродившаяся затем к новой жизни в балете. В музыкальных театрах и концертных залах с неизменным успехом исполняются и произведения последних лет. Все они отмечены чертами истинно оригинального и доброго таланта.
Хренников верно и неутомимо служит родному искусству как композитор, исполнитель, педагог и общественный деятель, находя в этом смысл и цель жизни. Во все он вносит свойственные ему размах и темперамент, волю к новым свершениям, над которой не властны годы. В щедрости и полноте отдачи творческих сил раскрывается сущность дарования выдающегося деятеля советской музыкальной культуры Тихона Николаевича Хренникова, чья музыка пользуется заслуженной популярностью и признанием не только в нашей стране, но и за ее пределами.