И. Мартынов - Музыка Испании

Музыкальная литература



Литература, нотные сборники, книги о музыке

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

 

Страницы, вписанные Испанией в историю мировой музыкальной культуры ярки и увлекательны, полны своеобразия. И если они не всегда достаточно освещаются в общих исторических трудах, то лишь в силу недостаточной разработанности материалов и той инерции, которая связывает главные события музыкальной жизни и творчества с немногими странами, заставляя забыть о многом примечательном, что они воспринимали от соседей. В таком положении оставалась и испанская музыка прошлых веков, вплоть до появления работ Педреля и его единомышленников, открывших перед всем миром сокровищницу родного искусства.

Это относится к далеким эпохам, что же касается новой испанской музыки, история которой неразрывно связана с движением Ренасимьенто, то она получила широкую известность, хотя далеко не всегда оценивалась в полной мере: ее часто рассматривали с общеевропейских позиций, забывая о том, что она развивалась на своей собственной основе. Правда, ее мастера, в особенности крупнейший из них — Мануэль де Фалья, значительно расширили художественную сферу, но она оставалась типично испанской. Здесь все глубоко своеобразно — и тематика, и подход к ее воплощению, самое понимание художественных задач. Мы уже говорили, что нельзя, например, подходить к фортепианным пьесам Фальи с тех же позиций, что и к шумановским. Аналогичные соображения возникают при слушании многих произведений испанской музыки.
Знакомясь с ее лучшими достижениями, мы входим в особый мир, полный новизны и увлекающий поэтичностью образов. В нем открылись перед композиторами широкие горизонты творческих исканий, возможности еще более глубокого отображения всего богатства жизненной действительности, и прежде всего — в ее современном аспекте. Композиторы героической поры Ренасимьенто да и Фалья лишь частично отобразили в своем творчестве то, что властно требовало своего воплощения, что уже раскрылось к тому времени в чешской музыке, а вскоре — ив венгерской. Речь идет о высокой гражданской и патриотической тематике, работа над которой могла бы привести композиторов к полной реализации идей, высказанных в манифесте Педреля.

Исторические условия сложились таким образом, что это отодвинулось в будущее. В начале 30-х годов можно было предполагать, что общее обновление испанской жизни приведет и к усилению роли большой, общественно значимой тематики в музыкальном искусстве. Однако драматический исход народной борьбы и последовавшее за этим резкое изменение социальной и политической обстановки в стране положили конец этим надеждам. Многие испанские композиторы вынуждены были покинуть родину, а оставшиеся дома не имели возможности продолжить развитие тех прогрессивных традиций, от которых зависело будущее испанского искусства. Наступил долгий и трудный период его истории, малодоступный для изучения.
Конец 30 — начало 40-х годов является поэтому границей эпохи истории испанской музыки, начатой движением Ренасимьенто. Конечно, первоначальные представления о его целях со временем менялись — даже в рамках эволюции одного композитора, как мы видели это у Фальи. Но общая устремленность к раскрытию богатства национальных традиций сохранялась и определяла облик новой испанской музыки на протяжении более чем сорока лет.
Что же внесла она в общую сокровищницу современного искусства? Если попытаться определить самое главное — голос композиторов Испании вновь зазвучал во всем мире и привлек к себе общее внимание яркостью воплощения национальных традиций. Заветы Педреля воплотились в действительность, испанские композиторы раскрыли в своих произведениях огромное богатство музыкальных идей, во многом необычных и новых. Возможности разработки этого материала не были исчерпаны. Можно сказать, что процесс остался незавершенным.

Первые десятилетия нашего века были примечательны и интенсивностью усвоения новых для испанской музыки творческих тенденций. При этом национальная школа, при всем различии индивидуальностей ее мастеров, проявляла себя как нечто цельное. Круг композиторов расширялся, и, возможно, многие из них могли бы раскрыться еще полнее, если бы не резкое изменение общественно-политической обстановки. Во всяком случае, в начале 30-х годов появились новые творческие силы, искавшие собственные пути.
Мировое признание получило и исполнительское испанское искусство, Касальс завоевал славу первого виолончелиста нашего века. Сеговия показал пример высочайшего искусства гитариста, пианисты Виньес и Итур-би достойно продолжили концертную традицию Альбе-ниса и Гранадоса. За ними последовали и другие выдающиеся исполнители, причем многие из них получили образование в испанских учебных заведениях. Все это было неразрывно связано с общим обновлением национального искусства, так убедительно проявившегося в композиторском творчестве, свидетельствовало о движении вперед.
К этому привел долгий путь, отмеченный взлетами и кризисами. Он полон глубокого своеобразия, хотя,конечно, в нем можно найти много общего с ходом истории музыки других европейских стран. В испанских условиях все приобретало свой характер, которым отмечена и эпоха, находившаяся в центре нашего внимания.

Мы уже отошли от этого времени достаточно далеко для того, чтобы иметь возможность окинуть его общим взглядом и проследить главные творческие тенденции. Этому помогают и довольно многочисленные музыковедческие труды, посвященные испанской музыке, также порожденные движением Ренасимьенто. Сейчас становится ясным, что оно внесло свой вклад в развитие не только испанского, но и общеевропейского искусства. И, вспоминая об этом, о редкостной музыкальной одаренности народа, думается, что отсюда идет множество путей в будущее, когда на многострадальной земле Пиренейского полуострова восторжествует свобода и справедливость, а вместе с ними придет время нового расцвета испанского искусства и культуры.