Е. Матутите - Песня и время

 



Ноты к песням, литература, книги, пособия по музыке

 

ЭПИЧЕСКИЕ ПЕСНИ

 

 

Произведения этого жанра отличаются от других сочинений известной обобщенностью содержания, развернутой повествовательностью. Так же как и в лирической или героической песне, здесь получают отражение конкретные жизненные события, реальные поступки людей, определенные впечатления и настроения. Однако сама трактовка темы, способ ее разработки в эпических песнях носит уже иной характер.

Эпос — греческое слово, оно означает род поэзии, в которой запечатлены богатырские подвиги, внешние события и явления. Разумеется, применительно к песне этот термин используется условно как отражение элементов эпичности в ряде сочинений советских композиторов.
Конкретное событие в эпической песне обрисовано укрупненно, факт зачастую возвышается до обобщения, символа или легенды. При этом, естественно, такие произведения имеют ярко выраженную сюжетность. Она позволяет не только раскрыть развитие чувства, как это происходит, например, в лирической песне, но добиться также поэтической пластичности, цельности, выразительной повествователыюсти.
Примером лирико-эпической песни может служить песня В. Захарова «В чистом поле под ракитой», которая рассказывает об убитом партизане. Это конкретное событие раскрыто с использованием элементов легенды, со своеобразным отвлечением от реального факта в направлении его поэтизации. В песне воплощены элементы народной символики, что позволяет придать самому изложению эпический характер.
Образ большой одухотворенной силы раскрывает песня Б. Мокроусова «Заветный камень» (1944 г., слова А. Жарова). Повествовательный сюжет этого произведения носит драматический характер. Содержание песни можно переоказать как вполне реальное событие. Герой «Заветного камня» гибнет, защищая Севастополь. Вместе с тем сам этот эпизод достаточно символичен как факт безымянного героизма, отваги и самоотверженности.
Песня «Заветный камень» начинается сурово, в характере баллады.
Холодное море вздымает лавиной Широкое Черное море,
Последний моряк Севастополь покинул
Уходит он, с волнами споря.

Драматизм и высокая патетика этого произведения вместе с тем пронизаны непосредственным эмоциональным чувством. Поэтому смысл песни во многом определяется лирическим завеща-нием героя.
Когда покидал я родимый утес,
Кусочек гранита с собою унес.

«И характер музыки Мокроусова, — отмечает советский музыковед А. Сохор, — определился преимущественно именно этим эпизодом сюжета. В ней есть и повествовательность, и пейзажная изобразительность — признаки баллады. Но господствует лирическая струя». Действительно, лирико-драматическая интонация присуща этому произведению. В таком ключе решались многие военные песни. Это относится, например, к песне Е. Жарковокого «Прощайте, скалистые горы» (слова
М. Букина). Суровая тема, общий сдержанно-героический колорит произведения находят воплощение в валь-сообразной мелодии, которая придает песне оттенок лирического рассказа о военном эпизоде. Однако в песне «Заветный камень» Б. Мокроусова, кроме лирики, весьма ощутимы повествовательность, балладность, что позволяет отнести ее к эпическому жанру.
К произведениям такого содержания (и такой специфической трактовки темы) можно отнести, вероятно, некоторые трудовые песни, в которых подчеркнуто обобщенно-повествовательное, «богатырское» начало. Напомним известную песню А. Островского «Лесорубы». Характерно, что это произведение не сразу получило признание. Поначалу композитор решил, что песня не удалась. Исполнители подчеркивали в ней юмористические детали, ее шутливо-незатейливый гон. Эти элементы содержались в песне, но не они выражали ее внутренний строй.

Вскоре талантливый певец Эдуард Хиль попытался оттенить в песне эпическое содержание. Произведение сразу «заиграло» новыми красками. В нем зазвучали интонации русских трудовых песен с их размахом, удалью и широтой. При такой трактовке -более четко выявились и некоторые изобразительные моменты в музыкальном содержании песни. Обрубленные концовки фраз (срезанные синкопы) стали восприниматься как метафорическое изображение трудового процесса.
Лесорубы,
Ничего нас не берет —
Ни пожары, ни морозы.
Поселился наш обветренный народ
Между елкой и березой. Э-ге-гей!
Привыкли руки к топорам!

В песнях эпического склада нередко отражаются давние революционные события, овеянные дымкой времени. Героическое содержание в этих случаях зачастую облекается в форму сказа, легендарного предания. Например, песня А. Островского «Слышишь, Париж, это я» посвящена 95-летию Парижской коммуны В начале этого произведения звучит группа медных инструментов, поддержанная барабанами. Музыка передает атмосферу эпохи, подчеркивая в то же время интонации романтической баллады.
Примерам своеобразного сплава эпоса и лирики может служить сочинение А. Пахмутовой «Песня-сказ о Мамаевом кургане». Тема войны решена здесь в былинно-героических традициях. Характер мелодики, форма песни, тип изложения — все это близко народной хоровой песенной традиции. Композитор не прибегает к нагнетанию чувств, к подчеркиванию скорби. Здесь на общий эффект работает сам текст, в котором уже запечатлено это настроение. Чрезмерное усиление напряжения разрушило бы впечатление, привело бы, вероятно, к «перебору» эмоций.
По мнению Е. Добрыниной, эпическая русская народная традиция, несомненно, оказывает воздействие на замысел А. Пахмутовой в тех произведениях, где имеется широко развитая партия хора. Здесь можно назвать такие песни, в которых рассказывается о драматически напряженных, а иногда трагически обостренных ситуациях. Это песни «Сидят в обнимку ветераны», «Ильич прощается с Москвой», «Прощание с Братском».

К числу эпических песен-поэм можно отнести, вероятно, многие произведения, написанные в наше время о войне. Трактовка этой темы сегодня существенно отличается от тех песен, которые были рождены на полях военных сражений. Сейчас, когда конкретные события отгремевшей войны ушли в прошлое, авторы песен обращают внимание на такие стороны этой темы, когда фиксируется нечто обобщенное, символическое.
Война воспринимается сегодня уже через призму времени, поэтому конкретные эпизоды войны вбирают в себя особый смысл, поэтизируются. Возьмем, к примеру, песню Я. Френкеля «Журавли» (слова Р. Гамзатова). Конечно, это произведение несет в себе лирическую интонацию. Однако символика в песне весьма напряженная, она складывается где-то уже на грани возможного сравнения. Можно ли предположить, что погибшие герои войны воплотились в журавлей? Образ этот условен, но именно эта условность передает душевную боль за тех, кто не вернулся домой. Такое метафорическое изображение постоянного присутствия памяти о близких, реальности непрекращающегося диалога с ними производит сильное эмоциональное впечатление.
Трагически-романтизированное воспоминание, воплощенное в песне, усиливается музыкальными зовами, своеобразными поэтическими вокализами, которые еще более подчеркивают тему разлуки и душевной близости, тему духовного и постоянного общения с героями войны.
Среди других песен этого жанра можно назвать «Балладу о красном знамени» О. Фельцмана, «За того парня» М. Фрадкина, «Балладу о братстве» И. Шамо, «Песню памяти Виктора Хары» И. Лученка и другие произведения. Баллады-монологи, посвященные войне, отличаются, как правило, значительным внутренним развитием.
Песни-баллады посвящены не только военной теме. Можно назвать, например, две песни А. Петрова из музыки к спектаклю Ленинградского театра имени А. С. Пушкина «Легенда о Тиле Уленшпигеле». В этих песнях отражены исторические события. Но тема борьбы за свободу трактована как эпическая. А. Петров соединяет в ткани произведения современные пружинистые ритмы с архаическими гармоническими последовательностями. Все это помогает глубокому раскрытию темы баллады.
«Баллада о красном всаднике» Я. Дубравина (слова О. Рябоконя) рассказывает о подвиге молодого революционера. Пеоне присуща сюжетность. Однако повествовательность несколько раз прерывается авторским обращением к людям, к слушателям.
Можешь или нет Парню дать ответ,
Много ли ты сделал За свои семнадцать лет?

Такая перекличка прошлого и настоящего, повествовательности и обнаженной лиричности стала в этой песне сквозным композиционным приемом. Упомянем также «Солнечную балладу», «Лунную балладу», «Звездную балладу» С. Пожлакова (слова Л. Лучкина), «Зависть» А. Колкера (слова К. Рыжова), «Следующий.» В. Успенского (слова Л. Палея).
В песнях-балладах часто используются поэтические образы и символы. Назовем в качестве примера произведение И. Шамо «Товарищ Песня» (слова Р. Рождественского). Песня здесь персонифицирована, названа товарищем, т. е. представлена как бы конкретным человеком.
Остался дом за дымкою степною Но скоро я к нему вернусь обратно. Ты только будь, пожалуйста, со мною, Товарищ Правда!
Написанная в маршеобразном ритме, эта песня передает ощущенье героической устремленности вперед, жажды подвига.
Я снова поднимаюсь по тревоге,
И снова бой, такой, что пулям тесно.
Ты только не взорвись на полдороге,
Товарищ Сердце.

В духе эпического обращения к достоинству сильны и благородных рыцарей написана песня Э. Колмановского «Мужчины» (слова В. Солоухина).
Во время военной кручины В полях, в ковылях, на снегу Мужчины, мужчины, мужчины Пути заступали врагу.
Эпические песни многообразны по содержанию. Советские композиторы стараются достойно ответить на духовные запросы советского народа, ярко и правдиво воплощать в своем творчестве его жизнь, его устремленность в будущее. Обращаясь к темам революции, война, героики, композиторы выявили здесь специфические особенности эпической жанровости, придав повествовательности эмоциональность, взволнованность, одушевленность.