Ежегодник - В мире музыки - 1986г.

Музыкальная литература



Книги, литература, нотные сборники

 

Ханс Хенце

ЖИЗНЕННЫЕ ИМПУЛЬСЫ ТВОРЧЕСТВА

 

 

«Жизненная и творческая биография Ханса Вернера Хенце пронизана темой борьбы против угнетения, является отражением конфликта личности с враждебным ей буржуазным обществом». Эти слова принадлежат известному английскому критику и появились несколько лет назад на страницах респектабельного журнала «Мюзик энд мюзишнс». Последнее, пожалуй, делает такое признание особенно весомым и убедительным. Действительно, один из крупнейших композиторов современности завоевал признание не только и не столько новаторскими поисками и сенсационными открытиями в сфере музыкального языка, сколько своей прогрессивной гражданской позицией, всякий раз получающей отражение в его искусстве. Убежденность в том, что композиторское творчество, музыка могут и должны играть активную роль в реальной жизни, помогать людям бороться со злом и строить лучший мир, отличает его от многих представителей композиторского поколения Запада, вступившего на музыкальную арену после второй мировой войны.

Молодые годы музыканта прошли в Вестфалии; он рос и познавал действительность в период разгула нацизма, и это наложило неизгладимый отпечаток на формирование его мировоззрения и таланта. Всерьез изучать композицию Хенце начал сразу после войны в Брауншвейг-ской школе духовной музыки, затем занимался у В. Фортнера в Гейдельберге, у Р. Лейбовица в Париже. Ранние студенческие работы его написаны под очевидным влиянием неоклассицизма Хиндемита и Стравинского. Позднее он обращается к двенадцатитоновой системе Шёнберга, но довольно быстро выходит за строгие рамки додекафонической догмы, свободно ассимилируя элементы самых различных стилей и жанров музыки вплоть до джаза. А главное, Хенце не отказывается от мелодии как основы своей музыкальной речи — мелодии распевной, временами напоминающей даже страницы музыки вери-стов. Важную роль в его сочинениях играет ритмическая основа—разнообразная, гибкая, подвижная. Все это позволяет ему создать свой собственный стиль, основанный на свободном сочетании традиционных и новаторских средств выразительности.

Ханс Хенце

Особо интересует Хенце с юных лет проблема синтеза музыки и движения, и это естественно приводит его в музыкальный театр. Несколько лет (в начале 50-х годов) он руководит балетной труппой Висбаденского театра, и эти годы обогащают его практическим опытом, вводят его искания в практическое русло. «Театр— место для крайностей,— писал он позднее.— Это место, где возможны и высшая степень подъема, и напряженный экстаз. Но все это красиво и правдиво только тогда, когда служит поискам счастья—счастья полной гармонии между звуком, образом и жестом». Можно сказать, что весь дальнейший путь композитора—это своего рода поиск такого синтеза: иногда в рамках почти классических традиций, иногда далеко за их пределами. Поиск, подчас приносящий успех, в других случаях оборачивающийся творческими неудачами. Но и в том, и в другом случае очевидно главное: Хенце никогда не творит искусство для искусства, он напряженно, мучительно ищет контакта со слушателем, стремится передать в своем творчестве то, чем живут его современники.
Имя Хенце стало широко известно еще в 1952 году после премьеры его оперы «Бульвар одиночества» — своего рода современной версии «Манон Леско», во многом близкой к экспрессионизму А. Берга. Это произведение, и поныне идущее во многих театрах, принесло автору славу одного из лидеров «новой волны» европейской музыки. В 1953 году композитор впервые посетил Италию и был настолько очарован красотой этой древней страны, что избрал ее своей второй родиной. В Италии он, по собственному признанию, понял, что красота — нечто очень важное, что традиции нашей цивилизации исключительно важны для человеческого ума, для души. Быть может, именно поэтому Хенце, в отличие от некоторых его коллег, не стал ниспровергателем традиций и разрушителем красоты, хотя язык его произведений иной раз и кажется поначалу странным и необычным.
С тех пор и поныне живя в Риме, Хенце работает с большой интенсивностью. Не проходит и года без премьеры его значительного сочинения. В крупнейших театрах Европы ставились оперы «Король-олень», «Принц Хомбургский» (по Г. Клейсту), «Элегия для юных влюбленных», «Молодой лорд», «Бассариды» (по «Вакханкам» Эврипида). Им написаны также одноактные оперы и радиооперы, многочисленные балеты, среди которых наиболее известны «Идиот» (по Достоевскому) и «Ундина», симфонии и инструментальные концерты, камерные ансамбли и романсы, кантаты и оратории, фортепианные пьесы и хоры. Словом, жанровый диапазон музыканта исключительно широк, равно как и спектр стилистических приемов, которыми он пользуется. Но важнее другое: с годами в творчестве Хенце все отчетливее выступают социальные, общественные мотивы, художник пытается ставить вопросы, волнующие окружающих людей, и давать на них свои ответы. Так, в опере «Элегия для юных влюбленных» в центре внимания художника проблемы, стоящие перед творцом в современном мире; Хенце жестоко, в стиле буффонады высмеивает талантливого, но эгоцентричного поэта.
Важным этапом в жизни композитора стало посещение революционной Кубы. Здесь он пишет Шестую симфонию, посвященную победе революции, и сам руководит ее исполнением, позднее неоднократно возвращается сюда, получает от революционной действительности новые импульсы для своего вдохновения. Так рождается оратория «Плот медузы» — реквием памяти Че Гевары. За ней следует своеобразный концерт для четырех музыкантов на текст кубинского поэта Мигуэля Барнета «Эль Симмарон» — театрализованное повествование о судьбе потомка рабов, избравшего путь борьбы за свободу. Спустя некоторое время в ряд с этим «действом» стало еще одно: «Мы вернемся к реке», созданное на текст английского драматурга Э. Бонда под впечатлением трагических событий в Чили, где демократия была задушена фашистским сапогом. Последние два сочинения очень различны по форме: в первом случае автор предоставляет исполнителям максимум импровизационной свободы, во втором—действие разворачивается в соответствии с точно выписанной партитурой. Но роднит их внутреннее содержание, страстный протест против тирании, насилия, несправедливости, царящих в буржуазном мире.

Ханс Вернер Хенце борется со злом не только средствами своего искусства. Пусть его политические взгляды не всегда последовательны и ясно сформулированы, но как художник он всегда честен и искренен. Недаром, когда Академия искусств ФРГ отказалась принять в свои ряды М. Теодоракиса, Хенце в знак протеста отказался от своего членства в ней, а затем написал «Гимн свободе», в основу которого положил мелодию своего греческого коллеги. Хенце и сейчас, подойдя к 60-летнему рубежу, неустанно ищет творческие импульсы не в лабораторной тиши, а в окружающей жизни, в творчестве современных поэтов и прозаиков. Много лет назад он писал о том, что «всегда готов пожертвовать всем во имя чего-то нового, ради какого-то нового стимула или переживания». И когда ему напомнили, что подобные мысли высказывал за 200 лет до него Глюк, композитор уточнил: «Тот, кто ищет правды в искусстве, должен постоянно адаптироваться к новому: даже самая благородная красота гармонии и мелодии превращается в ошибку, если она используется не к месту». А несколько лет назад, побывав в ГДР на премьере оперы «Молодой лорд», автор сформулировал свое кредо так: «Линия, которой я всегда неуклонно следовал,— тесная связь с жизнью и с людьми. Без этого важного условия немыслимо говорить о серьезном искусстве». Этой линии Хенце остается верен и поныне.