Исаак Дунаевский - Очерк о жизни и творчестве

Дунаевский И. (ноты)



Ноты к песням Дунаевского

Биография, жизнь и творчество композитора

 

 

Жизнь и творчество

 

 

Песни Дунаевского. Вот уже пять десятилетий переходят они из поколения в поколение, их любят и поют во всем мире. Это — золотой фонд музыкальной классики.
И. О. Дунаевский заложил основы массовой советской песни. «Популярность Дунаевского была беспредельной,— вспоминает его друг, ленинградский критик М. Янковский.— Его новых творений ждали с нетерпением и радовались, что вновь появляющиеся сочинения отвечают чувству современности, говорят об общенародной любви к Родине».
Широкое признание пришло к Исааку Осиповичу Дунаевскому после премьеры кинокомедии «Веселые ребята» в декабре 1934 года. Это был фильм режиссера Григория Александрова с захватывающим современным сюжетом, с замечательными артистами Любовью Орловой и Леонидом Утесовым в главных ролях, с яркой жизнерадостной музыкой Дунаевского, которую блестяще исполнял джаз-оркестр.
Выход «Веселых ребят» на экраны стал праздником молодого советского киноискусства, а песни сразу подхватила молодежь всей страны. Но самый триумфальный успех выпал на долю главной песни — «Марш веселых ребят». На первомайских демонстрациях и октябрьских парадах, в праздники и будни он звучал на всех улицах и площадях. Режиссер Г. Александров в одной из передач, посвященных 45-летию фильма, рассказывал :
«Идея создания „Марша веселых ребят" возникла еще до того, как появился текст этой песни. Композитор уже написал веселую, задорную музыку, и тогда редакция „Комсомольской правды", активно помогавшая нам в рождении новой музыкальной комедии, объявила конкурс на текст песни. Множество поэтов, среди которых были и известные, представили слова для „Марша веселых ребят", но Дунаевский все браковал. Ему, как и нам всем, хотелось, чтобы слова новой песни ярко выражали чувства и мысли современных людей и главного зрителя кино — молодежи. К сожалению, не все поэты понимали это. Одни из них томно и скучно писали про любовь, другие, в погоне за комедийностыо, сочиняли, например, такие слова для припева:

Так будь здорова, гражданка корова,
Счастливый путь, уважаемый бугай!


И наконец, появился Василий Лебедев-Кумач. Он написал:


Легко на сердце от песни веселой,
Она скучать не дает никогда,
И любят песню деревни и села,
И любят песню большие города.

Нам песня строить и жить помогает,
Она, как друг, и зовет, и ведет,
И тот, кто с песней по жизни шагает,
Тот никогда и нигде не пропадет!


Дунаевский был в восторге. Это уже было то направление мысли и чувств, которое мы искали. И вот в нашем коллективе появился еще один человек, который стал нашим соавтором и другом на долгие годы».
Наверное, читателям интересно было бы узнать, как и почему режиссер Г. Александров начал работать именно с Дунаевским.
Поскольку кинокомедия «Веселые ребята» должна была быть музыкальной, музыка в ней имела очень важное значение и, по сути, являлась одним из ее главных героев. Это понимал режиссер и долго искал композитора, который мог бы написать музыку, соответствующую времени. Ему на помощь пришел исполнитель главной роли фильма Леонид Утесов. Он предложил послушать музыку молодого, начинающего тогда композитора Исаака Дунаевского. И вот на квартире Утесова в Ленинграде состоялась первая встреча режиссера и композитора, положившая начало их долголетней творческой дружбе. К этому времени биография композитора еще была не богата событиями — и укладывалась в несколько строк.
Родился он в 1900 году в небольшом городке Лохвицы в бывшей Полтавской губернии. 19-летним юношей, окончив Харьковскую консерваторию, Исаак Дунаевский приходит в местный драматический театр, возглавляемый Н. Н. Синельниковым. Он становится дирижером, читает лекции о музыке, работает в армейской самодеятельности и даже заведует музыкальной частью Губернского отдела народного образования. И конечно, уже сочиняет музыку.

Почувствовав творческую уверенность, молодой композитор отправляется в Москву, пишет оперетты, балеты и музыку к театральным постановкам.
В работе над музыкой к спектаклям развивается изобретательный талант Дунаевского, познается музыкально-театральная драматургия и конкретность музыкальных образов, появляется тонкое чувство юмора. Кстати, о своем понимании юмора в музыке молодой композитор заявил уже тогда, когда еще будучи студентом консерватории написал сочинение крупной формы — «12 вариаций на тему „Чижика"».
В 1929 году Дунаевский становится музыкальным руководителем Ленинградского мюзик-холла и знакомится с Леонидом Утесовым. «Я по-настоящему счастлив, что на моем жизненном и творческом пути встретился этот удивительный человек, художник, перед которым я преклонялся и с которым испытал столько творческих радостей»,— так вспоминает о Дунаевском Леонид Осипович Утесов.
Много музыки написал Дунаевский для джаз-оркестра Утесова. Особой популярностью у публики пользовались два им подготовленных эстрадных представления — «Джаз на повороте» и «Музыкальный магазин».
Так что Утесов прекрасно знал, кого рекомендует режиссеру, и был уверен в правильности выбора. Прослушав музыку Дунаевского, Александров понял сразу же, что это именно тот композитор, которого он искал.
Сегодня с трудом верится, что тогда, в 30-е годы, нашлись строгие критики, которым музыка из кинокомедии «Веселые ребята» показалась чересчур легкомысленной. Они, сторонники песен суровых, с подчеркнутым революционным пафосом, не смогли понять, что новые произведения Дунаевского, наполненные сердечной теплотой, молодым задором и неиссякаемой энергией, были отражением окружающей действительности, что их ликующая радость продиктована самой жизнью.
Это было время, когда перед работниками искусства встали новые задачи, связанные с радостными победами, одержанными нашим народом во всех областях народного хозяйства. Это было время, когда после напряженной работы люди наконец увидели плоды своего труда. Появились новые литуратурные произведения, художественные полотна, воспевающие героический подвиг советского народа. Наступило время и новых песен, ярких и бодрых.
Все это почувствовал и сумел воплотить в жизнь кинорежиссер Александров и весь творческий коллектив фильма. После «Веселых ребят» они вместе создали еще целый ряд талантливых кинолент, в которых прозвучали звонкие неувядающие песни Дунаевского.
«Песня получила в советской кинокомедии небывалую до тех пор тематическую и идейную нагрузку,— писал о тех годах Дунаевский.— От фильма к фильму она становится не только лейтмотивом, но и идеологическим фокусом картины. Она двигает сюжет, участвуя в развитии основных образов фильма, сама развивается, обогащаясь вместе с действием его». Для каждого фильма Дунаевский писал одну такую песню-стержень и на ее материале строил все музыкальное оформление. И песни приобретали широкую популярность и начинали свою самостоятельную жизнь. Мы порой забываем, что, например, «Марш энтузиастов» был написан к кинофильму «Светлый путь», «Песня о Каховке» — к фильму «Три товарища», «Спортивный марш» — к кинокартине «Вратарь», а «Песня о Волге» — к кинофильму «Волга-Волга».
Даже величавая «Песня о Родине» Дунаевского и Лебедева-Кумача создана для кино. Для кинофильма «Цирк». Над ним работал тот же коллектив единомышленников: режиссер Г. Александров, композитор И. Дунаевский, поэт В. Лебедев-Кумач. Авторами сценария на этот раз были Илья Ильф, Евгений Петров и Валентин Катаев. Фильм рассказывал о равенстве людей, независимо от цвета кожи, об их праве на счастье, которое возможно только в свободной социалистической стране. Эту мысль и должна была подкрепить песня.

Как же представлял себе композитор предстоящую работу?
«Мне нужно строить музыку так, чтобы зритель, уходя, пел,— пишет он Александрову.— После „Веселых ребят" даже в сто раз лучшая музыка будет проигрышем, если ее не будут петь. Поэтому текст должен быть отточен, как лезвие! Стихи броски и ясны! Музыка легко усваиваема!» Задача, как видите, стояла сложная. И решена она была блестяще. Широкая, мужественная музыка вдохновила поэта. Лебедев-Кумач, по словам Дунаевского, всегда хорошо чувствовал песенную форму, сам был музыкален. И на этот раз его крылатые фразы, политически острые афоризмы стиха четко выразили основную идею песни. Так родилась песня, вскоре облетевшая весь мир. Это был гимн Родине, ее людям. Песню сразу же подхватил народ. Ее распевали повсюду. И в суровые годы Великой Отечественной войны эта песня поддерживала народ, давая ему новые силы.

Вот что рассказывает командир партизанского отряда С.Ковпак в своей книге «От Путивля до Карпат»:
«Бурный поток горной реки валил людей с ног. Приходилось идти цепочками, держась за руки, помогать друг другу преодолевать течение. Выбравшись на берег, промокшие до нитки бойцы бросились в атаку с „Песней о Родине". Грозно поднималась эта песня во тьме ночи, в грохоте боя: „Широка страна моя родная". Как это звучало мощно, когда сотни людей, идя в атаку, вкладывали в слова песни всю гордость за свою Родину, всю любовь к ней!»
«Песня о Родине» стала близка и понятна всем людям планеты, борющимся за мир, за светлое будущее человечества. Она была напечатана в сборнике «Песни интернациональных бригад», изданном Эрнстом Бушем в Барселоне в 1938 году. «„Широка страна моя родная"— это голос моей души,— утверждал Поль Робсон.— Это песня о том, что мне дороже всего, что я люблю, за что борюсь».
Судьба песни оказалась счастливой и долговечной. «Где только не звучала она,— пишет поэт М. Матусовский.— Пели ее солдаты на привалах, пели ее жители Праги, покрывая майскими цветами броню наших танков. Молодые люди разных стран пели эту песню, встретившись на шумном фестивале, каждый на своем языке,— и с этой минуты они уже понимали друг друга». Композитор Д. Кабалевский вспоминает, что в 1949 году в Бирмингеме после симфонического концерта в отеле к нему подошли англичане — участники хорового кружка одной из фабрик и попросили: «Сыграйте нам, пожалуйста, нашу любимую песню, а мы споем ее!» Их любимой песней оказалась «Песня о Родине». С «Песней о Родине» не раз за рубежом встречался и режиссер Г. Александров. Он слышал, как ее пели итальянские студенты и мексиканские рабочие, как аплодировали слушатели Любови Орловой, исполнявшей эту песню в Париже. Кстати, на этом концерте аккомпаниатором нашей певицы был французский композитор Филипп Жерар. Он играл музыку Дунаевского без нот. Осенью 1953 года Г. А. Александров выступал в Лондоне на митинге по случаю годовщины Октябрьской революции. Более девяти тысяч лондонцев, услышав о том, что слово предоставляется советскому режиссеру, поднявшись, стройно, торжественно и вдохновенно запели по-английски — «Широка страна моя родная». Когда американцы снимали в Голливуде фильм «Северная звезда» о героической борьбе русских партизан в годы Великой Отечественной войны и им понадобилась советская песня, не колеблясь ни секунды, они взяли «Песню о Родине» Дунаевского. Ныне каждое утро нашей страны начинается с музыки Дунаевского. В эфире звучат позывные — первые такты припева «Песни о Родине». Композитор Дунаевский обладал невероятной трудоспособностью. В апреле 1936 года состоялась премьера кинофильма «Цирк», а через несколько месяцев в этом же году выходят на экраны еще четыре фильма, озвученные его музыкой: «Девушка спешит на свидание», «Дети капитана Гранта», «Искатели счастья» и «Вратарь». Одновременно он пишет музыку к оперетте «Золотая долина», затем создает музыку к кинокартинам «Волга-Волга», «Моя любовь», «Светлый путь», заканчивает оперетту «Дорога к счастью». За короткий период с 1934 по 1940 год он написал музыку к шестнадцати кинофильмам! Но даже этим его работа не ограничивалась. Он репетировал с оркестром и солистами, присутствовал на съемках и озвучивании фильмов, где часто сам играл на рояле и даже пел. Вот, скажем, совсем недавно Г. А. Александров раскрыл «маленькие хитрости» работы в кино. Помните кадр в фильме «Цирк», где главный герой Мартынов (А. Столяров) играет «Песню о Родине» для американки Мери (Л. Орлова)? Мери вначале медленно и неуверенно повторяет мелодию, а потом стремительно и широко играет всю песню. Когда эпизод озвучивался, на рояле играл сам Дунаевский.
Еще одна любопытная деталь — в кинокартине «Весна». В одном кадре виден павильон киностудии, где снимается фильм о композиторе Глинке и звучит песня; так вот, романс Глинки поет. Дунаевский! Современники рассказывают, что он удивительно выразительно пел свои песни и особенно любил исполнять «Летите, голуби» и «Не забывай».

Сохранился небольшой кинокадр, в котором за роялем Дунаевский и Лебедев-Кумач сочиняют песню. Досадно, конечно, что так мало снято документальных кадров об удивительном композиторе и человеке.
Сейчас даже трудно себе представить, как при такой напряженной творческой работе Дунаевский мог уделять еще столько внимания общественным делам, с такой активностью откликаться на все события, происходящие в жизни страны. Возглавляя композиторскую организацию Ленинграда, он также являлся художественным руководителем московского ансамбля ЦДКЖ и ансамбля Дворца пионеров в Ленинграде. В 1938 году композитор был избран депутатом Верховного Совета РСФСР. Деловые разговоры, ответы на телефонные звонки, встречи с избирателями — все это требовало много времени. Его знакомые и друзья вспоминают, что Дунаевский был очень пунктуален и требовал этого и от других. И еще один малоизвестный факт из жизни композитора. Многие годы он шефствовал над командой парохода «Композитор Дунаевский», переписывался с капитаном, посылал книги, ноты и пластинки, но побывать на пароходе ему так и не довелось.
Лучшие советские песни стали вехами в истории нашей страны. В них чувствуется эпоха, в них бьется пульс времени. Такими песнями были в 30-е годы «Молодость» и «Катюша» М. Блан-тера, «Лейся, песня на просторе» В. Пушкова, «Дан приказ» и «Москва майская» братьев Покрасс. К ним вплотную примкнули и песни И. Дунаевского — пески крылатые, бодрые, оптимистические, воспевающие новую жизнь молодой республики труда.
За создание песен, ставших подлинно народными, Советское правительство в 1936 году наградило Исаака Осиповича Дунаевского орденом Трудового Красного Знамени и присвоило ему звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. «Новое звание (хитрая штука — награда) заставляет меня серьезно углубиться в свои знания, увеличить их, заполнять пробелы, есть о чем забеспокоиться, одним словом, много и серьезно работать над собой»,— пишет Дунаевский после получения правительственной награды. И появлялись новые песни: полная молодого задора «Молодежная» («Вьется дымка золотая-придорожная») на стихи В. Лебедева-Кумача, воспоминания о былых сражениях — «Песня о Каховке» (стихи М. Светлова), восхваление труда — «Марш энтузиастов» (стихи А. Д'Актиля). Дунаевский создает и много лирических песен, среди них «Ох, ты любовь» (стихи В. Волженина), пишет шуточные куплеты, такие, как песенка Па-ганеля из кинофильма «Дети капитана Гранта», пионерские марши — «Эх, хорошо в стране Советской жить» (стихи В. Шмидтгофа). Много песен композитор посвятил людям разных профессий — железнодорожникам, трактористам, летчикам, строителям.

Вот как ответил однажды Дунаевский школьникам, когда они задали ему вопрос, как создавались эти песни:
«Над песней работают двое: поэт и композитор. Обычно композитор берет понравившийся ему стихотворный текст, написавший поэтом, и сочиняет к нему музыку. Но бывает и так: композитор, удачно сочинив запев песни, никак не может найти яркий н соответствующий припев на том стихотворном ритме, каким написал стихотворение поэт. В таком случае поэт идет навстречу композитору и изменяет ритм своих стихов». Как видно, Дунаевский не спорил о том, что важнее — музыка или стихи. Иногда его вдохновляли стихи, но нередко его музыкальные образы были основой для создания стихотворного текста. Главным в работе над песней Дунаевский считал единство музыки и стихов. Он писал: «Песня хороша тогда, когда слова и музыка сливаются вместе, когда их нельзя оторвать друг от друга». И песни Дунаевского дают нам прекрасный образец полного единства музыки и стиха. Не случайно они обрели любовь народа, украсили советское искусство. Это был зенит славы!
В июне 1941 года прервалась мирная созидательная жизнь нашего народа. Великая Отечественная война внесла новые черты в биографию страны, в биографии людей.
«Настал исторический час, когда всю нашу творческую энергию, всю впитанную в кровь и сознание любовь к Отчизне, весь накопленный опыт и мастерство, всю нашу гордость и достоинство советских художников мы должны влить в произведения, направленные на службу народу, на помощь ему в героической борьбе с фашистскими ордами Гитлера! Нечего и говорить, что я целиком отдам ей все свои силы»,— так определил Дунаевский в эти дни задачи для себя. По заданию Главного политуправления Красной Армии он с руководимым им ансамблем ЦДКЖ отправляется в длительную концертную поездку. Специально для этой поездки композитор написал несколько злободневных песен, а одна из них получила широкое распространение и полюбилась многим поколениям людей. Это мужественно-лирическая «Моя Москва» на стихи М. Лисянского и С. Аграняяа.
«.Для тех, кто был на фронте, и для тех, кто остался в далеком тылу, Москва была не просто столицей, а поистине сердцем страны,— писал композитор К. Молчанов.— Вот эти чувства людей, внутренне тянувшихся к Москве, Дунаевский, по-моему, передал удивительно точно». Прошли годы. И вот сейчас, в мирное время, на 23-м километре от Москвы по Ленинградскому шоссе, где когда-то проходила линия фронта, комсомольцы столицы соорудили памятник защитникам города. На его барельефе высечены стихи из песни Дунаевского:


И врагу никогда не добиться,
Чтоб склонилась твоя голова.


Последнее десятилетие жизни (1945—1955 гг.) И. О. Дунаевский жил в Москве. Это были годы интенсивной творческой и общественной работы. Как и раньше, он продолжает писать песни и оперетты. В списке наиболее известных его сочинений этого периода — музыка к девяти кинофильмам, среди них «Весна», «Кубанские казаки», «Веселые звезды»; три оперетты — «Вольный ветер», «Сын клоуна», «Белая акация». В каждом из этих произведений — каскад удивительно проникновенных и солнечных мелодий. В одном из писем Дунаевского мы находим его откровенное признание: «Я очень люблю творческую работу, и чем она напряженнее, тем радостнее становится моя жизнь, тем плотнее наливаются кровью мои артерии. И все вокруг замечают этот действительно высокий тонус моего настроения и необыкновенный блеск моих глаз.»
Композитор жадно прислушивается к ритму послевоенной жизни, ищет темы для своих сочинений, потому что, по его словам, «жизнь рождает искусство, а искусство двигает жизнь вперед, чтобы опять от жизни зарождаться». Как в начале своего творчества, так и в послевоенный период Дунаевский остается певцом молодости. По-прежнему его главный музыкальный жанр — песня, главный герой и слушатель — молодежь.
«Молодежь! Какое прекрасное слово! — говорил композитор.— Я без преувеличения могу сказать, что, когда пишу новую песню или иное музыкальное произведение, я его мысленно всегда адресую нашей молодежи». Молодежь в его восприятии ассоциируется с солнцем и радостью, дерзанием и мечтой.
Для личного знакомства и встреч с новым поколением у Дунаевского порой недоставало времени, тогда на помощь приходила переписка с молодыми современниками. Их письма окрыляли композитора, давали ему большой заряд оптимизма. «Надо, чтобы такие, как вы, помогали мне творить для вас же,— пишет он одной из своих корреспонденток,— чтобы они вносили в мое сознание твердую уверенность в их образе, который я должен крепко любить, и ату любовь претворять в моем творчестве. Неискренне я не могу писать музыку».

Дунаевский в своих письмах рассказывает молодым о творческих планах, делится мыслями о музыке, о литературе, говорит об активности искусства, о важной роли музыки в воспитании характера человека, о проблемах легкого жанра, который, по его убеждению, «является одним из самых трудных».
Из писем Дунаевского мы узнаем, что его «музыкальная религия — это Чайковский», что самым желанным временем года он считает весну, что он любит футбол и старается не пропускать наиболее интересных матчей, и многое другое, что помогает нам ближе узнать личность композитора, поскольку в своих письмах к молодежи он был предельно откровенен. «Письма — зеркало души, отражение мыслей, чувств, настроений, переживаний,— считал Дунаевский.— Письма должны быть искренними, нужными». Многие мысли Дунаевского, высказанные им в письмах, и сейчас актуальны и современны. Думается, что напечатанные издательством «Музыка» в 1971 году «Избранные письма» И. Дунаевского одинаково интересны для читателей разных профессий, не говоря уже о начинающих композиторах и музыкантах. Это настоящая литература, это размышления о жизни и искусстве умного, много знающего, высокообразованного деятеля советской культуры. В 30-х годах Дунаевский был одним из немногих композиторов, работавших в жанре массовой песни. Теперь, после войны, он с удовлетворением видел, как вырос большой отряд композиторов-песенников, как повысился общий уровень музыкальной культуры широких масс. Естественно, возросли в новых условиях и требования, предъявляемые к советскому песенному искусству. Дунаевский чувствовал себя опытнее своих молодых товарищей и к этому факту относился с должной серьезностью: «Достигнув известности и признания, любви и уважения, художник должен тщательно беречь и лелеять свое творческое имя, всегда стараться быть достойным своего высокого положения. Это накладывает особую ответственность на его работу».
О важной роли песни в жизни народа Дунаевский сказал с трибуны Первого съезда композиторов в 1948 году; с песенным жанром связана его должность председателя секции массовых жанров в Союзе композиторов; песне посвящены его многочисленные статьи и публичные выступления. Его новые произведения звучали по радио и на концертных эстрадах. Как и раньше, он создает много музыки и песен для кино. Первая послевоенная кинокартина с музыкой Дунаевского — «Весна», но, к сожалению, это последняя работа композитора с его давними друзьями. В 1949 году умер поэт В. И. Лебедев-Кумач, и к этому времени разошлись творческие пути Дунаевского с Г. А. Александровым и Л. П. Орловой. Но последний их фильм подарил нам светлую, по-весеннему звонкую песню «Журчат ручьи» (стихи М. Вольпина), лихой, радостный вальс «Заздравная» (стихи Лебедева-Кумача) и много праздничной, веселой музыки. В январе 1950 года в стране широко отмечался 50-летний юбилей Исаака Осиповича Дунаевского. Были торжественные концерты, в адрес юбиляра пришло множество поздравлений, телеграмм, ему посвящались статьи в газетах и журналах. Царила теплая и радостная атмосфера. Сам композитор считал своей заслугой то, что в искусстве он является пропагандистом демократической музыки. Он писал: «28 января через меня, через мою работу, через мои успехи и достижения советская общественность поклонилась песне, поклонилась музыке масс». Современники композитора должны были признать, что Дунаевский первый из советских композиторов, которому удалось поднять так называемую бытовую, в частности, «легкую» музыку на уровень подлинного искусства.

В этом же году И. О. Дунаевскому было присвоено звание народного артиста РСФСР. Он полон творческих сил и энергии, много работает в разных жанрах. «И хотя годы старят человека,— замечает композитор в одном из писем,— но говорят, что мои глаза горят по-прежнему молодым блеском. Во мне в полной мере осталась любовь моя к Жизни и Солнцу, к тем людям, которые хотя бы капельку берут от Солнца я Света». Спустя месяц после юбилейных торжеств на экраны страны вышел новый фильм режиссера И. Пырьева «Кубанские казахи» с музыкой Дунаевского. Фильм был удостоен Государственной премии СССР» а композитору на кинофестивале в Карловых Варах присуждена особая премия за музыку. В фильме много красочной танцевальной музыки, яркие симфонические эпизоды, хоровые и сольные песни.
Большую творческую радость доставило Дунаевскому сотрудничество с поэтом М. Исаковским. Напевная, мелодическая поэзия Исаковского, необычно скромные, безыскусные сюжеты стихов, простые, понятные слова, которые идут как бы от самого сердца, вдохновили композитора. Для фильма они написали шесть песен, из которых наибольший успех завоевали стремительная песня труда — «Урожайная» и лукавая девичья «Ой, цветет калина». А печально-задумчивая песня «Каким ты был» получила такую известность, что композитор признается: «В две недели эта песня стала всенародно популярной,— и огорченно добавляет,— а через полгода она стала затасканной до того, что я сам, ее автор, не включаю ее в программы моих концертов». Но может быть, в этой «затасканности» песни проявилась потребность народа в лирической музыке? Дунаевский одним из первых уловил это требование времени. Своему другу М. Янковскому он говорил, что если раньше, в песнях 30-х годов, ему виделся человек митингов, демонстраций или всенародных празднеств, и именно такой человек отражен в песне «Широка страна моя родная», то сейчас он думает о другом образе того же героя. Его интересует советский человек в его личных раздумьях о жизни, в интимных переживаниях, и поэтому Дунаевскому стала так близка лирика поэта М. Матусовского. Началом содружества композитора и поэта послужил кинофильм «Мы за мир» (1951 г.), где прозвучала песня «Летите, голуби», сразу обратившая на себя внимание лирическим решением темы. Задушевная, свободно льющаяся мелодия песни, прозрачность хорового звучания создают ощущение света и тепла. Все это было необычным, словно внезапная, сменившая орудийные залпы тишина, пришедшая на послевоенную землю.

Летите, голуби, летите!
Для вас нигде преграды нет!
Несите, голуби, несите
Народам мира наш привет!

Творческая дружба И. Дунаевского и М. Матусовского принесла такие замечательные лирические песни, как «Школьный вальс», «Вечер вальса», «Скворцы прилетели».
Как ни странно, но композитору не раз приходилось объяснять нападающим на него критикам, что грустный «Школьный вальс» не песня школьников, а воспоминания бывших выпускников о школе, о школьной учительнице. В одном из своих писем Дунаевский говорит о настроении этой песни:
«Вальс господствует, вальс звучит, и его звуки будят воспоминания. Это мысли и чувства человека под лирику вальса, которому все подчинено. Кончился вальс, и с ним кончаются как бы все эти милые, дорогие видения прошлого, которые вливаются в настоящее и устремлены в будущее. Это грустное чувство, потому что грустью, доброй, хорошей грустью овеяны всегда у человека воспоминания о невозвратно ушедших годах юности». Когда снимался фильм «Веселые звезды» с участием знаменитых эстрадных исполнителей, к Дунаевскому обратилась певица Клавдия Шульженко с просьбой написать песню специально для нее.
«Не так уж много его песен довелось мне петь,— говорит Клавдия Шульженко.— Но бывают влияния, которые испытываешь вне зависимости от количества встреч. В Дунаевском я чувствовала товарища, его дружескую руку я ощущала в 20-х годах, когда он поддержал мое стремление найти свой современный репертуар, и неоднократно позже, когда он приходил на помощь советом, дружеской улыбкой, а то и песней». Так было и на этот раз. Удовлетворяя просьбу певицы, Дунаевский на стихи Матусовского сочинил две лирические песни — «Молчание» и «Песню о звездах». Они в исполнении К. Шульженко прозвучали в кинофильме «Веселые звезды». В этом фильме участвовал и Леонид Утесов со своим джаз-оркестром. И получилось так, что Леонид Утесов, исполнитель первой знаменитой песни Дунаевского «Марш веселых ребят», в новом фильме пел и одну из его последних песен, песню, слова которой могли бы стать лейтмотивом творчества самого композитора: «Я песне отдал все сполна». Да, песням отдал Дунаевский весь свой талант, в них вложил он свою душу. И не случайно поэтому его песни обладают неиссякаемой жизненной силой. В них сочетаются ясный гармонический язык, разнообразие и отточенность музыкальной формы, в них всегда поражает мелодическая изобретательность.

«Мелодия для меня — это живое дышащее существо»,— говорил композитор. В одном из писем он еще поясняет: «Конечно, мелодия может быть рассудочной, умной, корректной. Но я за горячую, эмоционально насыщенную мелодию, мелодию говорящую. Я — за почти физиологическое воздействие мелодии, вызывающее смех, улыбки, слезы, грусть, радость, горе, скорбь, надежду, мрак, просветление. Когда такое воздействие мелодии является всеобщим, значит, цель произведения полностью достигнута». Такая мелодия не всегда счастливо рождается сразу, иногда ей предшествует длительная работа. Об этом Дунаевский пишет музыковеду И. Горелю: «Я сейчас весь погружен в работу над созданием музыки к кинофильму „Испытание верности". Серьезная и трудная музыка! Часто, склоняясь над нотной бумагой, я слышу внутри себя музыку тех кадров, которые мне надлежит „озвучить". Я слышу, какой должна быть эта музыка, но не всегда мне удается ее выловить из себя и зафиксировать на бумаге. Иногда происходит мучительный процесс этого постепенно уточняющегося фокусирования замысла. Как будто получается хорошо, а что-то именно в мелодии оставляет чувство неудовлетворенности, пока полностью не сольется чувство, вызываемое музыкой (мелодией), с чувством, содержащимся в кадре. Иногда для этого не хватает „пустяка"— какого-нибудь понижения или повышения ступени звукоряда. И вот, пока найдешь это рельефно-выпуклое осязание, как живое существо, которое можно потрогать, до тех пор не успокаиваешься.» С именем Дунаевского связано не только становление новой песни, но и рождение новой оперетты. Он был первым из композиторов, кто в оперетте обратился к советской тематике. Он первым строил музыкальную драматургию так, чтобы главным действующим лицом в оперетте была песня. Он говорил о том, что надо создавать оперетту песенной в лучшем смысле этого слова. «Это, конечно, не значит,— пишет Дунаевский,— что формой музыкальных номеров должна быть только песня. Отнюдь нет! Широко развитые музыкальные формы — сольные номера, ансамбли, финалы, танцевальные части — необходимы в советской оперетте, но они должны строиться на основных песенных темах-характеристиках. Песни в оперетте должны быть универсальны, как универсальны песни в кино, которые одновременно служат и развитию сюжета и определению характеров».
Эти принципы нашли воплощение во всех лучших опереттах Дунаевского.
В начале 1953 года Дунаевский, как бы оглядываясь на свою жизнь, подсчитал, сколько произведений написано им. И что же получилось? «За время, прошедшее от моих 24 лет,— говорил композитор,— я написал:
1) 11 оперетт,
2) 25 фильмов, среди них громадные,
3) 3 одноактных балета,
4) уйму театральной музыки (пьесы, обозрения, водевили),
5) уйму эстрадной музыки,
6) уйму песен.
Ведь это все надо было сочинять, писать, оркестровать».
Такая творческая нагрузка с годами неблагоприятно сказывалась на здоровье композитора, но лечиться и отдыхать было некогда, так как его ждали новые работы.
«Когда душа полна творчеством, когда работа ладится, то и здоровье становится хорошим.» — успокаивал он своих друзей и самого себя. Много времени Дунаевский уделял встречам со слушателями. Его авторские концерты проходили с огромным успехом во многих городах страны. В июле 1955 года состоялись два его выступления в Риге. Вспоминаю, как мне, тогда студентке Латвийской консерватории, посчастливилось слушать песни прославленного мастера, видеть его на сцене как дирижера и пианиста. Это был незабываемый концерт! Исполнители и слушатели жили одним дыханием, завороженные личностью композитора, его музыкой. Латышский хор под управлением Дунаевского как бы зажегся его темпераментом и, подчиняясь его воле, достигал тончайших нюансов в исполнении. Публика не хотела отпускать Дунаевского со сцены, многие его песни пришлось несколько раз повторять. И он появлялся перед слушателями радостный, улыбающийся. Никто тогда даже не мог догадаться, что композитор тяжело болен.
Несмотря на плохое самочувствие, он все же посетил латышский национальный праздник песни и написал о нем восторженную рецензию для республиканской газеты.
Вечером 22 июля Дунаевский уезжал в Москву. Провожать его на Рижском вокзале собралось много народу. Когда до отхода поезда осталось несколько минут, кто-то тихо запел самую любимую песню Дунаевского «Не забывай». Все присутствующие подхватили ее:

Не забывай!
Не забывай!

А через три дня, 25 июля 1955 года, перестало биться сердце Исаака Осиповича Дунаевского, сердце, которое всегда было открыто для солнца, для радости, для людей.
Безграничную гордость испытывает художник, когда его творчество нужно современникам. Время показало, что песни Дунаевского были нужны не только его современникам. Его песни живут и сегодня, став песнями наших дней. Прошло почти 30 лет со дня смерти И. О. Дунаевского. За это время выросло новое поколение людей. Для них и о них нашими композиторами написано много замечательных песен. Но созданные и адресованные молодым героям первых пятилеток песни Дунаевского пришлись по душе и сегодняшней молодежи, строителям БАМа, людям технического прогресса. Не задумываясь о том, когда они были созданы, молодежь поет их сегодня, как свои песни.
Может быть, и о сегодняшних молодых покорителях космоса думал Дунаевский в далекие 30-е годы, когда создавал «Марш энтузиастов» и выбрал для него стихи Лебедева-Кумача:

Нам нет преград ни в море, ни на суше,
Нам не страшны ни льды, ни облака.
Пламя души своей,
Знамя страны своей
Мы пронесем через миры и века!

И. О. Дунаевский не только сумел сердцем понять и искренне отразить в своих песнях все, чем жила, о чем мечтала советская молодежь. Он смог увидеть и завтрашний день. И в этом, возможно, заключается долголетняя жизнь его песен. Поэтому они так современны. И не теряясь в поливариантных ритмах 80-х годов, звонкие песни Дунаевского и сегодня нам «строить и жить помогают».
Гуно Голуб

 

Дунаевский о песне

 

 

Песня хороша тогда, когда слово и музыка сливаются вместе, когда их нельзя оторвать друг от друга.
(«Как создается песня». «Пионерская правда», 9 сент. 1955 г.)

Наша песня давно стала орудием борьбы за мир, глашатаем самых передовых идей.
Нашу песню подхватывают народы, освободившиеся от капиталистической
эксплуатации и строящие светлое здание социализма.
Нашу песню поют народы, борющиеся за свою свободу и независимость.
Нашу песню знают и любят все, кому дорог мир и человеческое счастье, кто
с надеждой и верой взирает на великую страну социализма, идущую впереди
всего прогрессивного человечества, показывающую путь к счастью и свободе.
(«Песня в фильме». «Искусство кино». 1952 г., ЛГ 4)

Многие поэты относятся весьма пренебрежительно к сочинению текстов на музыку. Между тем, несмотря на кажущуюся на первый взгляд ненормальность такой работы, она сплошь и рядом бывает крайне необходима. Ибо как словесный образ вдохновляет композитора, так и музыкальный образ во всем своем богатстве ритма, гармонии, темпа должен обязательно вдохновлять поэта.
Это не значит, конечно, что песня сочиняется композитором целиком, а потом подтекстовывается. Мы с Лебедевым-Кумачом работаем таким комбинированным способом: если его поэтический образ или поэтическая мысль настолько глубоки и интересны, что ими нельзя поступиться, то я пишу музыку на его текст; если же происходит обратное, то ему приходится следовать за моими музыкальными образами.
К примеру, *Песня о Родине* была написана на готовую музыку. Я помню увлечение Лебедева-Кумача этой работой, я помню, какое большое впечатление произвели на него мои тематические наброски. Отсюда, очевидно, он и отталкивался в создании тех словесных образов, из которых потом в соединении с музыкой получилась песня.
(«Создадим подлинно народные песни». «Звезда», 1937 г. Л» 9)

Песня — особенно в свете огромного значения ее в нашей стране — есть кристально чистый музыкальный жанр, отражающий все наше великое сегодня, прекрасное вчера и чудесное завтра. Большое в малом! Значит, песня — прежде всего художественное произведение, где на протяжении немногих тактов автор обязан дать сгусток чувств, образов и настроений. Песня — произведение, где воля и направленность творческих устремлений авторов не должны и не могут ослабевать на всем протяжении ее — от первого до последнего нотного и словесного знака. Песня, наконец, должна быть пронизана огромной покоряющей творческой искренностью. От сердца — к миллионам сердец (а не только к миллионам ушей) — таков лозунг песни.
Не все доходчивое — художественно. Эту истину надо усвоить некоторым композиторам, забывающим, что художественные качества произведения неразрывно связаны с общественными задачами, которые ставит себе композитор. Не понимать этого — значит, не понимать цели и смысла творческой работы в Советской стране.
(«О творческой страстности*. «Советское искусство», 28 ноября 1938 г.)

...доходчивость песни играет решительную роль в ее судьбе. Доходчивость решает вопрос массовости, а массовость решает вопрос народности.
Основной путь — путь подлинного художника — ведет к доходчивости через сложнейшее искусство простоты. В этом случае возникают подлинно талантливые песни и музыкальные произведения.
Но чрезвычайно часты случаи, когда простота подменяется примитивностью, а примитивность возникает там, где бездушное отношение к творчеству, где есть равнодушие и некритическое отношение к тому, что было уже до этого создано.
(«О народной, и псевдонародной песне». «Искусство и жизнь». Л. 1939 г., М 5)
.мне хотелось создать теплую, лирическую песню-воспоминание о школьных годах, о милой, хорошей первой учительнице. Фоном для этого воспоминания я избрал вальс. Творческим импульсом для песни послужила хорошая, прочно сложившаяся у нас традиция встречи со школой ее бывших питомцев — нынешних инженеров, врачей и т. д. «Школьный вальс» — не песня школьников. Это песня воспоминаний, песня чувств, рождаемых этими воспоминаниями.
(«Открытое письмо А. Г. Новикову и М. И. Блантеру» — «Советская музыка», 1952 г., М 5)

Песня. как ласково на всех языках мира звучит это слово! Как будто в самой ласковости его народ выражает свою любовь к песне. Можно ли представить себе какой-нибудь, даже самый маленький народ без песен, воплощающих его радости, его горести, его надежды и стремления? Рядом с историей народа шагает песня, в которой запечатляются события народной жизни, обряды, быт. Песня — это душа народа.
(«Верный спутник в труде и в жизни». «Советская Латвия», 23 июля 1956 г.)

Многих читателей интересует вопрос, как долго работает композитор над песней? Бывает по-разному. Например, музыку к песне «Каховка» мне удалось написать буквально за несколько минут. Помню, как я подошел к роялю. Тут же сидел автор стихов М. Светлов. Не отходя от рояля, я полностью сыграл песню от начала до конца.
Но случается, что работа над одной песней занимает много недель и даже месяцев. Так, например, было с песней письмоносицы Стрелки в фильме «Волга-Волга». От этой песни зависело содержание не только образа Стрелки, но в значительной степени и убедительность всего сюжета фильма: если бы песня получилась неудачной, зритель не поверил бы талантливости Стрелки. Кроме того, эта песня должна была стать массовой, хорошо восприниматься слушателями. Задача, в общем, стояла нелегкая. Вот почему работа над песней Стрелки продолжалась до тех пор, пока меня не перестали мучить разного рода сомнения.
(«Как создается песня». «Пионерская правда», 9 сент. 1956 г.)

«Песня о Родине» была создана сначала как музыка, а Лебедев-Кумач подтекстовал ее в большой части. Сначала музыка возникала широко и распевно в медленном движении, а потом уж она модифицировалась в марш по требованию фильма. Первые контуры «Песни о Родине» были созданы летом 1934 года на старой квартире у Орловой* в ныне полуразвалившемся домике на Гагаринском переулке в Москве. В то время Орлова еще не была такой большой знаменитостью и жила с родителями в весьма скромной старинной московской квартире.
У рояля (тоже старинного) сидел я, слева Александров, справа Лебедев-Кумач. Когда появилась мелодия, все ее запели сразу, мы орали, кричали, радовались удачной находке. Лебедев-Кумач тут же нашел первую строчку, которую подсказала ему музыка. Строчка начиналась так: «Хороша страна моя родная».

А я ему сказал, что широта музыкального дыхания требует не «хороша», а «широка». На том все и порешили. Мы были молодыми и горячими. Мне было 34, Александрову 31, Кумачу 36. Чудесное время, чудесные годы. В картине «Цирк», как вам известно, по самому характеру сюжета и образу действующих лиц имеется много западноевропейской музыки. В те времена я ее сочинял и был в этом стиле довольно силен. Результатом этих моих умений и являются «Лунный вальс» и «Выходной марш». «Лунный вальс» возник не сразу, а через несколько этапов всяких вариантов, сегодня нравившихся, а назавтра отвергаемых с кислой улыбкой. Работали сообща, коллективно. Александров очень музыкален, превосходно играет на испанской гитаре, купленной им в Мексике. Кумач очень хорошо чувствовал дыхание музыки. Слова «Лунного вальса» были сочинены им после написания музыки.
(Из письма к К. В. Анисовой и Е. Стрельниковой. Старая Руза, 25 янв. 1953 г.)

Как явствует из надписей фильма «Дети капитана Гранта», музыка к нему написана мною. К имеющимся в фильме двум песням («Песня Паганеля» и «Песня о веселом ветре») стихи написаны ныне покойным поэтом В. И. Лебедевым-Кумачом. Поскольку в фильме, как и в романе, сохранен колорит французского великого романиста, то я старался соответственным образом стилизовать и музыку песен. Однако музыка песен абсолютно оригинальна и за основу ее я не брал никаких подлинных народных тем.
Что касается текста песен, то он тоже абсолютно оригинален-Художественный образ «Песни о веселом ветре» сложился из облика Роберта, этого смелого, волевого мальчика, обрисованного Жюлъ Верном с большой четкостью и теплотой. Отсюда вылилась идея (художественно-воспитательная) — создать песню, которая пела бы о смелости, о воле, о преодолении всяких трудностей, о том, что составляет сущность нашего коммунистического воспитания молодежи. Таким образом, мы, авторы фильма, перекинули мост от образа Роберта к современности: «Кто хочет — тот добьется, кто ищет — тот всегда найдет!» Эти великолепные слова Лебедева-Кумача давно стали афоризмами.
(Из письма к А. И. Граниной, 11 окт. 1954 г.)

Вез колебаний можно утверждать, что советская массовая песня является наследницей и преемницей лучших песенных традиций русского народа. Если в своих маршевых формах она переосмыслила и развила традиции революционной песни применительно к образам современности, то в лирических формах она унаследовала широкую и задушевную распевность, мелодичность народной песни, классического романса и городской бытовой песни. Характерны, типичны для русской музыки глубокая человечность, правдивость жизненных идей и образов, проникнутых верой в победу доброго над злым. Эти свойства присущи и советской песне, воспевающей положительный образ советского человека, его благородные чувства беззаветной любви к Родине, героический пафос созидания, его неистребимую веру в победу коммунизма, победу сил мира и демократии.
(«Советская музыка», 1952 г., №52)