Григорий Пономаренко и его песни

Пономаренко (ноты)



Книги, литература, музыка, ноты

 


О ЛЮДЯХ, О ПЕСНЕ, О СЕБЕ
Григорий Пономаренко

 

 

Позади большая жизнь. Оглядываясь на прошлое, всегда ловлю себя на мысли, как много значат в судьбе человека встречи с хорошими людьми. Правду говорят, что одни люди проходят в жизни мимо как-то незаметно, не оставляя даже памяти о себе. Другие чем-то запоминаются, а есть такие, которые остаются в сердце навсегда. О них и хочется сказать здесь добрые слова, ибо благодаря им я получил в жизни столько радости и творческого вдохновения.
У каждого человека есть отец и мать, однако в народе говорят: «Не та мать, которая тебя родила, не тот отец, который был причастен к твоему рождению. Мать и отец те, кто вывел тебя в люди». В моей судьбе такими были младший брат отца — дядя Максим и его жена - тетя Маруся. Дядя Максим заронил в мою душу зернышко любви к музыке, и я вечно благодарен ему за это.
А как не вспомнить доброго, умелого Семена Семеновича Школьника, начальника и художественного руководителя ансамбля погранвойск НКВД УССР, впоследствии преобразованного в ансамбль НКВД СССР! Огонь и воду прошли мы с этим человеком, ставшим родным для нас, ансамблистов.
Вскоре после войны меня крепко схватил недуг. Начали сказываться тяготы военных лет. Друзья, видя, как я на глазах «таю», повели меня в больницу, что находилась в стареньком здании на Трубной плошали в Москве. Моим спасителем в полном смысле этого слова оказался тогда еще совсем молодой врач, Виктор Осипович Варшавский. Трудно поверить, но он сделал чудо, вернул мне жизнь и любимое дело. По сей день я безмерно дорожу дружбой с профессором Варшавским, человеком редкой души и прекрасным специалистом.

Навсегда в памяти люди, у которых я учился, с которыми довелось работать, много общаться. Это замечательные баянисты - профессора Анатолий Сурков, Сергей Колобков и Николай Ризоль. Чем измерить счастье творческого общения в годы службы в ансамбле с такими видными балетмейстерами-постановщиками, как Михаил Годенко, Сергей Корень, с мастерами хорового пения Александром Степановым и Константином Лебедевым, музыкальным руководителем Юрием Силантьевым?
Из того времени мне особенно памятна встреча с выдающимся советским композитором-песенником Исааком Дунаевским. Было это так. Московский поэт Валим Малков, с которым мы уже написали несколько песен, спросил однажды: «Ты почему не ходишь на секцию композиторов-песенников?» И я решился пойти туда. Сердце мое учащенно забилось, когда в непринужденной обстановке увидел крупнейших мастеров советской песни Исаака Дунаевского и Анатолия Новикова. На следующее занятие я пришел уже с баяном и показал присутствовавшим несколько своих песен, в том числе ставшие тогда известными две песни на стихи Сергея Алымова «Гармонист» и «Комсомолец-звеньевой». Очень теплую и доброжелательную поддержку получил я от Исаака Осиповича.

Заметный след в моей творческой биографии оставила работа в оркестре русских народных инструментов имени Н. П. Осипова, руководимом тогда такими крупными музыкантами, как Дмитрий Осипов и Павел Куликов, встречи с композитором Николаем Будашкиным. Здесь я постигал русскую классику и народную музыку, изучал оркестровку, сам много писал, причем не только песни, но и крупные произведения для оркестра русских народных инструментов.
Живейшее участие в моей творческой судьбе приняли Людмила Зыкина, Ольга Воронец, Анатолий Шалаев и Николай Крылов, Зинаида Кириллова, Александра Стрельченко, Иосиф Кобзон, Лев Лещенко, Иван Суржиков, Вероника Журавлева. Перед ними я всегда в долгу.
А сколько моих сочинений спел Академический хор русской песни Центрального телевидения и Всесоюзного радио! Наверное, на несколько программ хватит. Но главное, на каком высочайшем профессиональном уровне исполняет все этот прославленный коллектив!
Благодарен я Волжскому русскому народному хору, где проходило мое становление как композитора, Оренбургскому хору, многим другим музыкальным коллективам и ансамблям нашей Родины.
Мои соавторы. Немыслимо творчество композитора-песенника без тесной связи с мастерами поэзии. Первым поэтом, который научил меня понимать и любить русскую народную песню, был Виктор Боков. Земной поклон ему за это.
Я всегда был окрылен стихами Маргариты Агашиной. Как я благодарен судьбе, что она свела меня с этой удивительной поэтессой! Может, она не так быстро пишет тексты будущих песен, как другие, но зато ни одна ее строчка не требует исправлений и дополнений. Поэтому, работая над песнями, я получал истинное удовлетворение. Не случайно почти все песни, созданные совместно с Агашиной, поются народом. Две из них стали лауреатами всесоюзных телевизионных конкурсов, а две другие вошли в трехтомную «Антологию советской песни». И я верю, что наша лучшая с Маргаритой Константиновной песня впереди!
В России любят петь. Веками живут песни. Народ хранит их не как музейную реликвию: это неотъемлемая часть его духовной жизни.

Известно, с каким интересом слушал народные песни Пушкин. А как восхищался русскими песнями Лев Толстой! С детства он слушал их в Ясной Поляне, слушал на Волге, в Казанской и в Самарской губерниях, у казаков и у солдат.
Мне кажется, народную песню нельзя слушать равнодушно, думая о чем-то постороннем. Песня захватывает тебя, все твои помыслы, чувства, настроения без остатка. Она пленяет подлинностью, истинной красотой. Я с детских лет окунулся в старинные песни. Здорово их пели у нас на Украине, на Черниговщине, пели на вечеринках, в поле, на свадьбах — всюду.
Иногда мне случается услышать, особенно от молодежи, что русская песня устарела. И в наш стремительный век, когда кругом сложнейшая электроника, автоматика, непостижимые скорости и сверхумные машины, она не отвечает духу времени. Что сказать на это?
По-моему, недооценивать русскую песню — значит заведомо обеднять духовную жизнь людей. Когда много ходишь по асфальту, часто тянет на траву, на землю. Так и с русской песней. В ней первозданность, в ней естественность, если хотите, целомудрие. И не надо забывать, что чувство Родины, о котором мы часто говорим, которое воспитываем у нашей молодежи, начинается не только с березы у крыльца, но и с народной песни.
Песен пишется много. Но успех и признание приходят к немногим — к тем, которые создаются в традициях подлинно народных песен, основываются на творческом использовании мелодического богатства песенного фольклора.
Я могу часами слушать народные песни, впитывая в себя всю их щедрость, пригоршнями черпать красоту из этой огромной песенной реки. Но, разумеется, русская песня меняется, становится сложнее, наполняется новым содержанием. Многое из того, что пелось двадцать-тридцать лет назад, теперь кажется прямолинейным, порой наивным. Песни, где кочуют одни «речки», «миленки», «березки», где тема «зачем меня ты бросил», «почему одна я» перепевается на все лады, вызывают уже оскомину. Это откровенно банально, надоедливо, запето.
Слушатель стал культурнее, образованнее. И песни ему нужны такие, которые заставляют его не только переживать, но и думать. Взволнует его песня, где есть глубина мысли, свежий образный текст, оригинальность, неповторимость мелодического хода. Когда авторам изменяет вкус, получаются не русские, а псевдорусские песни. В них и мелодия словно вытоптана сотней ног, и тексты нередко убогие, петые-перепетые. Слушаешь новую песню — и кажется, слышал ее уже тридцать раз.
К сожалению, профессиональные композиторы редко обращаются к созданию современных русских песен. Не пойму только, почему. То ли они считают это второсортным делом, то ли по какой-либо другой причине. Но вакуума, пустоты быть не может. И звучат с эстрады песни случайные, подменяя подлинно художественные, истинные.

С чувством огромного уважения отношусь я к песенному творчеству Владимира Захарова. Вспомним, сколько создано им неповторимых произведений для русского народного хора!
На страницах газеты «Советская культура» очень интересными мыслями о проблемах издания песен советских композиторов поделился народный артист СССР Никита Богословский. Тысячу раз прав он: давно пора отказаться от издания пухлых сборников из-за одной-двух нужных людям песен. Действительно, в результате получается продажа макулатуры «в нагрузку». Надо возвратиться к уже испытанному в нашей стране способу — достойную песню издавать оперативно, отдельным тиражом.
С каждым годом растет культурный уровень нашего народа, его музыкально-эстетические запросы. Мне это особенно заметно, так как с авторскими концертами часто приходится выступать во многих уголках нашей необъятной Родины. Уже много лет я живу на Кубани. Щедрый это край, и главное богатство
этих мест — люди. Кубанские хлеборобы народ трудолюбивый,
но и в музыке толк понимают. Частенько в разговоре со мной люди спрашивают: «Григорий Федорович! А когда на Кубани будут оперный театр и симфонический оркестр?» Что я им могу ответить? Конечно, я не знаю, когда такой густонаселенный край, к тому же располагающий огромной сетью первоклассных курортов Черноморья, получит такую возможность. Но думаю, что прекрасная мечта моих земляков все же сбудется.
Недавно я завершил работу над вокально-хоровым циклом, посвященным теме мира на земле.
Мир! Какое это емкое слово! И как оно дорого для каждого честного человека планеты! Особенно знаем цену мира и дорожим им мы, советские люди. Наш народ вынес на своих плечах немыслимые тяготы Великой Отечественной. Горе войны незабываемо. И хочется своим повседневным трудом вносить посильный вклад в дело сохранения мира на земле. А будет мир — значит, звенеть светлым и радостным песням!