Александр Скрябин - Ноты для фортепиано

Нотные издания, сборники, песенники для фортепиано
ноты в pdf

 

 

Ноты к прелюдиям Скрябина
А. Скрябин
24 прелюдии

op. 11
для фортепиано
редакция К.Н. Игумнова и Я.И. Мильштейна
"Музыка", 1965г.
номер 1172

 

 

Поэма Op.34
А. Скрябин
Трагическая поэма

Соч. 34
для фортепиано
"Музыка", 1969г.

 

 

Ноктюрн - скрипка с фортепиано
А. Скрябин
ЭТЮД
НОКТЮРН

обработка для скрипки и фортепиано
"Музыка", 1980г.
номер 10878

 

Обработки М.Фихтенгольца и А.Могилевского

 

Ноты к этюдам Скрябина
А. Скрябин
Этюды
для фортепиано
"Музыка", 1981г.
номер 2631
(pdf, 17 Мб)

содержание:

 

Редакция К.Игумнова и Я.Мильштейна

Скачать сборники Скачать ноты

 

 

 

 

«Творчество Скрябина было его временем, выраженным в звуках. Но когда временное, преходящее находит свое выражение в творчестве большого художника, оно приобретает постоянное значение и делается непреходящим». Глубоко справедливы эти слова одного из выдающихся русских марксистов Г. В. Плеханова. Творчество замечательного русского композитора, действительно, пережило свое время. Здесь нельзя не вспомнить о том, что в первые годы Советской власти по указанию В. И. Ленина был составлен список деятелей культуры и науки, память о которых должна была быть увековечена сооружением монументов. В этом списке мы находим имя Александра Николаевича Скрябина. Его музыка вошла в сокровищницу шедевров, доставшихся от прошлого стране победившего социализма.
Музыка окружала будущего композитора с детства, и учеба в кадетском корпусе не могла отвлечь его от мира звуков, который все настойчивей манил к себе талантливого юношу. Сначала он занимался частным образом у Г. Конюса, Н. Зверева и С. Танеева, а в 1892 году окончил Московскую консерваторию, где его педагогами были В. Сафонов по фортепиано, А. Аренский и С. Танеев — по теории и сочинению.
Вскоре Скрябин завоевал широкую известность как пианист и в России, и за рубежом. Пианистическая манера музыканта была так же своеобразна, как и вся его творческая натура. Ее психологическая углубленность, нервная чуткость — не для больших концертных залов; артиста привлекали скромные по численности аудитории.

Вот впечатления современника: «Играет Скрябин как-то интимно, — точно импровизирует, точно исповедует самому себе сокровеннейшие свои вдохновения. Хотелось бы потушить огни в зале и в темноте подслушивать движения его богатой души. Нельзя говорить о его технике. О ней не думаешь, слушая его игру. Слышишь только и переживаешь то, что он своей творческой волей заставляет слышать и переживать,— это величайшее искусство!. Он похож на своего духовного предшественника — Шопена.»
Мир лирических переживаний наполняет и ранние композиторские опыты Скрябина — от фортепианных миниатюр до симфонической пьесы «Мечты». Так он встретил XX век. А вслед за тем родились наиболее значительные создания композитора — три симфонии, столь популярная ныне «Поэма экстаза», фортепианные сонаты и множество других сочинений.
В этих произведениях Скрябин стремился выразить свои философско-этические взгляды, в которых было немало мистицизма, порой наивных идеалистических заблуждений. «Мир, — писал Скрябин, — есть результат моей деятельности, моего творчества, моего хотения». Однако несмотря на это, в его музыке отразился революционный дух времени, хотя композитор отчетливо и не понимал исторического смысла классовых битв начала века.

Один из лучших исполнителей скрябинской музыки замечательный советский пианист и педагог Генрих Густавович Нейгауз метко определил место Скрябина в развитии мировой музыкальной культуры: «Скрябин—своеобразное, уникальное явление не только русской, но и мировой музыкальной культуры. Вместе с тем, если обратиться к творчеству западноевропейских композиторов-романтиков— Шопена, Листа, Вагнера, с одной стороны, и «кучкистов», с другой, вырисовывается отчетливая линия преемственности скрябинских исканий.

Наиболее сложно, на первый взгляд, обстоит дело с преемственностью Скрябина по отношению к русскому искусству прошлого века. Черты этой связи скорее внутреннего, нежели внешнего порядка: главное — в лиричности, в чисто русской теплоте и эмоциональности душевного высказывания. И многие его сочинения — например, этюды си-бемоль минор из соч. 8 и до-диез минор из соч. 2, Прелюдия ми минор из соч. 11 или Анданте из Третьей сонаты — обнаруживают глубоко почвенные, русские истоки скрябинского творчества.

Скрябин по праву ощущал себя национальным композитором. Известны его слова, которые он с болью и возмущением сказал М. Беляеву:
«Неужели я не русский композитор, только оттого, что не пишу фантазий и увертюр на русские темы?»
Много говорилось об импрессионизме Скрябина. Но как раз сопоставление с Дебюсси дает убедительные выводы о национальной природе музыки Скрябина. Конечно, между ними немало общего. У Дебюсси мы также найдем и тонкость и лиризм, а вместе с тем все его сочинения проникнуты типично французской живописностью и интеллектуализмом, тогда как в лирике Скрябина звучат славянская задушевность и эмоциональная открытость.


Когда пытаешься несколькими словами охарактеризовать музыку Скрябина, приходят в голову определения: вдохновенная поэтичность, утонченность до изнеженности, пламенность и экстатичность, переходящие иногда в выспренность, горделивость, не лишенная некоторой позы, нежность и страстность.
Но нагромождение эпитетов не раскрывает еще значения Скрябина. А оно заключается в том, что Скрябин своим творчеством новаторски обогатил музыкальное искусство, расширил его границы, создал новые выразительные средства».

В мире музыки 1972г.